СВЯТАЯ ПОЛОЦКОЙ ЗЕМЛИ1 min read

(день памяти – 5 июня)

Святая Евфросиния, игуменья Полоцкая

Святая Евфросиния, игуменья Полоцкая

Преподобной Евфросинье Полоцкой Господь сулил жить в двенадцатом веке, когда основная часть Руси была давно уже крещена, а в Киеве, Новгороде и Полоцке поднялись грандиозные соборы Святой Софии. По житию преподобной, составленном митрополитом Макарием (1481 – 1563), мы знаем, что она была дочерью князя Георгия Всеволодовича и его жены Софии, что родители нарекли ее Предславой. Что могла слышать она в начале своего жизненного пути? О чем говорили взрослые, что занимало ее родителей и князей – дядьев? Что ее формировало? Почему в двенадцать лет она пришла в монастырь и сообщила о желании принять постриг?

Коль скоро «Житие» показывает Предславу глубоко религиозной и грамотной с отрочества, то можно не сомневаться, что ее сызмала окружали церковные люди. Княжеские распри, борьба за власть между наследниками ее знаменитого деда Всеслава (по прозванью Чародей) – все это только отвращало ее от мирской жизни. Последней каплей стал разговор отца и матери о том, что «нама уже лепо дати Предславу за князь!» Тогда такие ранние браки были в порядке вещей, но она пришла в ужас, поскольку знала, что житие князей «мимо течет и слава их погибе, аки прах», и тайно бежала в монастырь к своей тетке. «Смятесе старая игумения», — повествует «Житие», — ибо видела она «юность ее и возраст ее цветущий». Были у игумении и более серьезные опасения – гнев отца двенадцатилетней княжны. «Житие» донесло до нас следующий диалог: «Чадо мое! – скорбно восклицала игумения, — како могу се сотворити? Отец твой, уведав, со всяким гневом возложит вред на голову мою… И еще юна еси возрастом, не можеши понести тяготы мнишеского жития, и како можеши оставити княжение и славу мира сего?» Но чадо твердо знало, чего желать: «Госпоже и мати! – отвечала отроковица, — вся видимая мира сего – красна суть и славна, но вскоре минует, яко сон!» Тогда игуменья «повеле воле ея быти, и огласив ю иерей, остриже ю и нарече ей имя Евфросиния и обличе ю в черные ризы»…Гнев отца, которого страшилась игуменья, обернулся горестными стенаниями родителя: «Почто ми прежде сего мысли сия не явила еси?» Однако пути назад уже не было, и Евфросиния упросила епископа Илию разрешить ей жить не в монастыре, а в некоем «голубце» храма Святой Софии.

По словарю русского языка 11-17 веков, «голубец» являлся частью церковного помещения, служащей усыпальницей. Перебравшись в него, Евфросиния начала интенсивно переписывать книги, а на вырученные деньги стала помогать бедным. Но зачем ей был нужен голубец? Ведь книги можно переписывать в любом монастыре! Очевидно, ей требовалось собрание книг, место, где их много – а это нужно лишь тогда, когда с ними усиленно работают. Очевидно, что в Софийском соборе была большая библиотека, где юная инокиня занималась самообразованием. «Житие» говорит, что она не только переписывала книги своими руками, но и «наем емлюще» т.е. в голубце ею был организован настоящий скрипторий, где нанятые писцы размножали те книги, которые она находила необходимым переписать. Творческая натура подвижницы проявлялась везде! Она возглавляла скрипторий довольно долго около восьми лет, а затем, с благословения епископа, решила основать на окраине Полоцка монастырь и стала его первой игуменьей. Первым же деянием молодой игуменьи было пострижение у нее в монастыре двух своих сестер – Гордиславы и Евпраксии, что на этот раз вызвало бурный гнев родителей. «На се ли вас родих! — восклицал возмущенный отец, — на се ли вас мати воспита!» Следующим шагом Евфросинии была постройка каменной церкви Спаса Евфросиниевского монастыря. Однако условия для храмостроительства в Полоцкой земле тогда не были благоприятными. В это время князья неистово ссорились, их «разнимал» Владимир Мономах, потом они были вынуждены отражать атаку громадной коалиции южно – русских князей, а в 1130 –х годах были вовсе высланы в Византию, откуда в 1140 году вернулись, потеряв отцов, только молодые княжичи…

Где же надлежало искать зодчего? В Полоцке одним из таких специалистов был послушник Бельчицкого монастыря Иоанн. Искусству зодчества он, надо полагать, выучился у киевских мастеров, которые были приглашены местными князьями в Полоцк. «Житие» Евфросинии, наш единственный источник, говорит об этом так: «Бе муж именем Иоанн, приставник над делателями церковными… К нему же приходжаше многажды глас свитающи дни (на рассвете), глаголя: «О Иване, восстании, и поиде на дело Вседержителя Спаса»! И во един от дний, восстав, прииде ко блаженной Евфросинии и рече е: «Ты ли, госпоже, присылаешь понужати мене на дело?» Она же рече: «Ни, отче Иване!»

Поняв, что это было указание свыше, Иоанн начал собирать артель и вскоре приступил к строительству. По «Житию», строительство шло споро – всего потребовалось от «початка» 30 недель, с апреля по октябрь, что свидетельствует о четкой организации работ. Специалисты, детально изучившие творение зодчего, признали этот храм вершиной архитектурной мысли Полоцкой земли. После его постройки Евфросиния, естественно, позаботилась об оснащении храма богослужебными книгами и всем необходимым. Она пригласила художников, которые расписали стены библейскими сюжетами и изображениями святых. Особое место здесь было отведено для уникального напрестольного креста, который Евфросиния заказала для своего храма лучшему ювелиру Киевской Руси — Лазарю Богше.

Полуметровой высоты, он был сделан из кипарисового дерева и снабжен золотыми пластинами с эмалевыми изображениями Спасителя, Богородицы и большой надписью на боковых серебряных пластинах, где было обозначено имя заказчицы, стоимость работ и материалов, а также заклятие от воровства. Главную ценность реликвии придавали частицы святых мощей, вложенных в нее – частица древа Креста Христова с Кровью Спасителя, частица от гроба Пресвятой Богородицы и от гроба Господня, кровь святого Димитрия, частицы мощей Стефана и Пантелеимона.

Понятно, что собрать такие святыни было нелегко. Наверняка в этом случае преподобная игумения снарядила в Грецию специальную экспедицию. Предприятие это было настолько из ряда вон выходящим, стоило столь громадных затрат труда и средств, что мастер Лазарь Богша решился поместить на кресте небольшой текст и о себе – подобный заказ он выполнял впервые!

Как свидетельствует «Житие» преподобной Евфросинии, она не довольствовалась устройством женской обители и решила «создати вторую церковь каменну Святой Богородице. И ту, совершивши и освятивши, предасть мнихом и бысть монастырь велий»… Скорее всего, ее новый храм был возведен не в центре города, а на окраине. В середине 19-го века иеромонах Сергий писал, что «при копании могил на кладбище находят в земле даже остатки фундамента древнего здания, кирпичи которого, равно как и цемент и кладка, совершенно одинаковы со стенами Спасской церкви»… Увы, место это ныне утрачено, и никто из исследователей не пытался его разыскать: раскопки на месте кладбища – вещь малоблагодарная!.

Так незаметно в трудах и молитвах подошла к концу жизнь игумении Евфросинии. Все чаще ее посещала мысль о том, чтобы окончить свои дни в Святых Местах у Гроба Господня в Иерусалиме. «Житие» ярчайше описывает все дальнейшее. Предстояло прощание со всеми родными, которые съехались отовсюду из своих вотчин и умоляли ее не оставлять их, сирых… Надо полагать, что ее авторитет среди княжеских потомков Всеслава был огромен. Приехал проститься и ее любимый брат, князь Вячеслав «со княгинею и с детьми». Он, видимо, и не предполагал, с каким благословением обратиться к нему его волевая и мудрая сестра. Благословение же ее было следующим: «Аз хочу пострищи Кираану и Ольгу». Это были дочери князя, и в его расчеты постриг явно не входил. Но, не смея ослушаться старшей сестры и игумении, отец и мать согласились; согласны были и девицы. Был призван епископ Дионисий, который, введя сестер во храм, и совершил постриг: одна из сестер получила имя Агафьи, другая – Евфимии. Отъезд игумении потребовал множества распоряжений. Вместо себя она оставляла свою сестру Евдокию, которой было поручено «держати и рядити обема монастыря»… Последние молитвы преподобной прозвучали в самых дорогих для нее местах – в церквях Спаса и Богородицы. Весь Полоцк вышел провести свою игуменью в далекий путь.

По дороге в Святую Землю преподобная паломница встретила византийского императора Мануила Комнина, который вел свою армию на венгров. Император со всем радушием принял полоцкую игумению, давно знакомую ему заочно, и «с честию посла ю в Царьград» — видимо, дал ей воинское сопровождение. Там Евфросиния посещает Святую Софию, которая тогда блистала в своем первозданном великолепии. Конечно, полоцкая паломница благословилась у Патриарха и обратилась к покупкам всего необходимого для дальнейшего пути. Куплены были различные «фимианы» и «кадильница злата».

Но вот и Иерусалим! Здесь она кадит золотой кадильницей Гроб господень, и только после этого устраивается на житие «у Святой Богородицы» в русском монастыре. Так прошел ее первый день в Иерусалиме. На второй день она снова у Гроба Господня и «тако же сотворя». В третий день все повторяется вновь – только кадильницу она оставляет в жертву Гробу Господню, как и «различныя фимианы».

Весьма коротко говорит «Житие» о последних днях преподобной — перед кончиной она впала в недуг «и нача болети». Чувствуя, что умирает, Евфросиния попросила, чтобы ее похоронили в монастыре святого Саввы. В монастыре, однако, ей отказали, несмотря на ее высокое происхождение и известность своим подвижничеством: «Имеем запрещение от святого Саввы еже жены не принимать никакоже – на се есть монастырь святыя Богородицы Феодосиев общий; в нем же и лежат святые жены – мати святого Саввы и инние многие святи. Ту ти и подобает лещи»… Преподобная приняла известие с подобающей кротостью – похвалила Бога и послала купить себе гроб. Автор «Жития» пишет, что святая проболела 24 дня и, причастившись, перешла в мир иной. Брат преподобной Давид и сестра Евпраксия руководили похоронами…

Здесь она была погребена, но со временем гроб с ее мощами был перенесен в Киев, а в 1910 году святые мощи преподобной прибыли, наконец, в ее родной город и были положены в древнем храме, который она построила…

Ее имя и деяния не вошли в древние летописи, но долго хранились в народной памяти, благодаря которой митрополит Макарий и составил «Житие» преподобной. В древней Руси она всей душой обратилась к христианской религии и всю себя пожертвовала делу обращения народа к Свету Евангелия.

Святая Евфросиния, игуменья Полоцкая — моли Бога о нас!

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924