«Не было бы Патриарха Гермогена — не было бы сегодня и России»1 min read

Галина Васильевна АнаньинаГалина Васильевна Ананьина возглавляет «Фонд содействия инициативе общественных организаций по постановке памятника Патриарху Гермогену». Сегодня, спустя год после торжественного открытия памятника Первосвятителю в Александровском саду, мы говорим с Галиной Васильевной об одной важной, но малоизвестной дате — 400-летии со дня перенесения мощей священномученика Гермогена и его уникальной и ныне, увы, не сохранившейся раке.

— Галина Васильевна, 12/25 мая Православная Церковь празднует память священномученика Гермогена, Патриарха Московского и всея Руси. Вы возглавляли Фонд, занимавшийся вопросами постановки памятника Патриарху Гермогену. В процессе работы, наверное, вы как никто другой подробнейшим образом изучили житие этого святого. Ожидали ли вас какие-то открытия?

— Да, например, мало кто знает, что в этом году у нас еще одна юбилейная дата — 400-летие перенесения мощей Патриарха Гермогена.

— А куда были перенесены его мощи? Насколько мне известно, они по заведенному порядку всегда находились в Успенском соборе московского Кремля наряду с мощами других московских Патриархов.

— Не совсем так: сначала мощи Патриарха Гермогена покоились в Чудовом монастыре, где окончились годы его земной жизни, когда он принял мученическую смерть в заточении. И только спустя почти 40 лет после его кончины, в 1654 году, нетленное тело Патриарха было перенесено в Успенский собор Кремля. Так что в этом году исполняется еще и 360 лет этому знаменательному событию. А перенесение мощей, о котором я говорила в самом начале, было, наверное, самым необычным, т.к. мощи Патриарха Гермогена никуда из Успенского собора не увозились, но их переложили в новую раку и устроили крестный ход вокруг всех соборов Кремля, а потом торжественно водрузили на прежнее место.

— А почему вдруг через год после канонизации решили переложить тело святителя в новую раку? Случилось что-то особенное?

— Царь Николай II очень почитал священномученика Гермогена и таким образом хотел еще раз выразить свою признательность Патриарху, отдать должное той роли, которую он сыграл в Смутное время. Отблагодарить за сохранение России как государства и православной державы, за возведение на русский трон рода Романовых. Ведь именно Патриарх Гермоген предложил избрать на роль Божиего Помазанника юного Михаила Федоровича — первого из рода Романовых.

Хочу напомнить, что святой страстотерпец Николай II всегда подчеркивал — вольно или невольно — свое особое почтение и благодарность святителю Гермогену.

Например, во время подготовительной работы по постановке памятника священномученику мы обнаружили в архивах документ об обращении Государя в Синод с просьбой о прославлении Патриарха Гермогена именно в 1913 году, прямо перед празднованием 300-летия Дома Романовых. И канонизация святителя произошла за 2 недели до официального празднования 300-летия правящей династии. Причем, перед самыми торжествами, посвященными этому событию, Государь проделал путешествие по пути народного ополчения, чтобы таким образом достойно почтить паять тех, кто привёл Династию Романовых к власти. Он поклонился праху Минина и Пожарского, в дороге много молился.
А когда венценосная семья подъехала к Спасским воротам, чтобы торжественно въехать через них на Красную площадь, то к воротам вынесли множество святых образов: Фёдоровскую, Владимирскую и Казанскую иконы Божией Матери, а также образ Патриарха Гермогена. Первым делом Император подошёл к иконе священномученика, опустился на колени и долго молился. Наверное, просил заступничества святителя для страны, которую тот когда-то отстоял ценой собственной жизни, и для своей семьи, веруя в крепкое молитвенное заступничество святителя за род Романовых. Потом подошёл ко всем остальным иконам.

В тот же день, во время службы в Архангельском соборе, Император был благословлён иконой святого Гермогена, а Императрице Александре Фёдоровне, Великим княжнам и наследнику Престола — цесаревичу Алексию были подарены иконы с изображением только что прославленного в лике святых Патриарха. Раку же святителя Гермогена украсили резным перламутровым образом. Тогда же в честь особого почтения над ракою Патриарха в Успенском соборе установили шатер.

— Расскажите, пожалуйста, как выглядела рака, в которую год спустя после канонизации переложили мощи святителя Гермогена.

— Это было настоящее произведение искусства! К сожалению, до нас дошли только фотографии, которые удалось отыскать в исторических архивах. Они будут впервые опубликованы в книге, которую подготовил к изданию наш Фонд. Но читатели сайта Православие.Ru увидят их самыми первыми, т.к. книга еще не поступила в продажу.

Надо сказать, что эта рака была заказана лично святым Императором Николаем и изготовлена на его средства. Она была выполнена из серебра наподобие гробницы святого Ярослава Мудрого и украшена драгоценными камнями: топазами, аметистами и жемчугом. Чеканка по серебру была исполнена по рисунку с панагии, принадлежавшей святому Гермогену. На крышке раки размещалась его эмалевая икона. Там же был нанесен текст тропаря святителю, выполненный золотой вязью. Внутри раки помещался кипарисовый гроб.

Все проекты работ выполнялись художником С.И. Вашковым и князем М.С. Путятиным при участии В.М. Васнецова. Для Вашкова эта рака стала последней значимой работой. Изготовили ее в фирме Оловянишникова. И так как мощи Патриарха предстояло переложить в новую раку, то были также подготовлены и новые одеяния для него и покров.

— А кто шил и украшал новое облачение?

— Куколь, епитрахиль и мантию со скрижалями вышивали насельницы московских женских монастырей, а также Императрица Александра Феодоровна. В частности, изображение Серафимов на куколе выполнила именно она, а также обнизала их жемчугом. На длинных воскрилиях куколя располагались восемь дробниц с изображениями святителей и покровителей Царской семьи. На бархатной епитрахили были изображены образы московских святителей Петра, Ионы, Алексия и Филиппа, окруженные узором из жемчуга. И еще одна интересная подробность — шелковая мантия серо-серебристого цвета была украшена скрижалями, шитыми шелком и золотом: на одной был вышит Казанский образ Богоматери, на другой — тезоименитые священномученику Гермогену святые — мученик Гермоген и священномученик Ермолай. Внизу на мантию прикрепили круглые медальоны с именем Патриарха.

— Сохранились ли фотографии всего этого?

— Да, но всех деталей рассмотреть не удастся, к сожалению.

— Вы упоминали, что после перенесения мощей в новую раку был совершен крестный ход.

— Не совсем так: вначале был совершен крестный ход с вышеупомянутым кипарисовым гробом. Для этого гроба были сооружены специальные носилки, на которых мощи святителя Гермогена пронесли крестным ходом вокруг всех кремлевских соборов. В этой процессии участвовали 30 архимандритов и священников, князь Иоанн Константинович, а также простой люд, богомольцы, пришедшие отовсюду. Очевидцы вспоминают, что было много детей. Царскую Семью на этих торжествах представляли Великая княгиня Елизавета Феодоровна и князь Иоанн Константинович, поскольку Император и его Семья присутствовать не могли. Сразу после службы святитель Макарий, митрополит Московский, возглавивший торжества, отправил Императору телеграмму с благодарностью за организацию торжеств и поздравлениями. После крестного хода мощи святителя переложили в новую раку и поместили снова в Успенском соборе под шатром.

— Вы так описали раку Патриарха, что, наверное, не у меня одной возникла мысль прийти на экскурсию, чтобы увидеть это произведение искусства.

— Увы, сделать это не удастся. Т.к. рака была выполнена из золота и серебра, в свое время ее передали в ГоХран России. Сейчас от раки осталась одна лишь крышка, которая хранится в музеях Кремля. Я думаю, что произошло это в первые годы советской власти, когда производилось изъятие церковных ценностей.

И сейчас священномученик Гермоген лежит не в той раке, в какую был переложен в 1914 году. У нас остались только иллюстрации из книг тех лет.

— А та рака, в которой сейчас покоятся мощи Патриарха Гермогена, кем она была изготовлена и как?

— Эта рака ничем не выделяется среди мест упокоения остальных Патриархов в Успенском соборе. Кем она была изготовлена, доподлинно не известно. Соответствующие документы не сохранились. Во время работы над книгой «Памятник Патриарху Гермогену (Ермогену) — два века: от идеи до воплощения» и в период подготовительных работ к постановке памятника священномученику мы их не обнаружили.

— Скажите, пожалуйста, почему вы решили написать об этом книгу?

— На тот момент, когда мне предложили возглавить Фонд по постановке памятника священномученику Гермогену, я знала о святом Патриархе совсем мало — наверное, только то, что он — один из 16 Патриархов Смутного времени. Но, собирая информацию в исторических архивах, знакомясь с историческими документами, в которых описаны его заслуги перед Отечеством, я пришла к твердому убеждению: если бы не было Патриарха Гермогена — не было бы сегодня и России.

А нам так мало известно об этом удивительном человеке — борце за православную веру, патриоте России, святом покровителе Москвы и всей нашей страны. Вот мне и захотелось рассказать о нем.

Также свою роль сыграло то, что когда наш Фонд начинал работать, то все мы думали, что идея возведения памятника принадлежит нашему поколению. Но неожиданно в результате кропотливой работы в архивах выяснилось, что это далеко не так. Впервые такая мысль появилась еще в 1803 году! Инициаторами проекта были поэт Попугаев и «Вольное общество словесности» — общественная организация, которая предложила поставить памятник Минину, Пожарскому и Патриарху Гермогену. Подобных инициатив было очень много — вплоть до 1910 года, когда княгиня Уварова уже очень решительно взялась за это дело: провела два конкурса, посредством которых лучшим был признан памятник скульптора Андреева. Но на дворе был 1914 год, началась Первая Мировая война, и всем стало не до этого.

— Сохранились ли какие-то детали тех проектов, которые участвовали в конкурсе?

— Сохранились. До наших дней дошли письма, обращения в Священный Синод, эскизы, проекты памятников. Вот мы и подумали, что все это надо обнародовать. Надо, чтобы люди знали, какую огромную работу выполнили наши предшественники, чтобы показать, что имя и роль Патриарха Гермогена не были забыты — напротив, он был невероятно любим и почитаем разными кругами нашего общества, прежде всего, конечно православными. Тогда, как и сейчас, и церковная общественность, и простые люди, и общественные организации понимали, что раз существует памятник Минину и Пожарскому, памятник народному подвигу в годы Смуты, то обязательно должен существовать и памятник подвигу Русской Православной Церкви.

Нам хотелось показать, что 200 лет назад помнили и разумели, какую огромную роль сыграла Русская Церковь в том, чтобы положить конец Смутному времени в истории нашего государства. Задумайтесь, могли ли Минин и Пожарский своими силами, находясь в Нижнем Новгороде, собрать такое огромное ополчение — около двухсот пятидесяти городов России? Конечно, нет. Им нужна была информационная поддержка. И эту поддержку оказали иноки Троице-Сергиевой Лавры, которые по призыву Патриарха Гермогена день и ночь писали призывные грамоты.

— Что ещё вошло в вашу книгу?
— Книга, которую мы подготовили, состоит из нескольких частей: в одной из них впервые опубликованы документы из государственных архивов Москвы, Санкт-Петербурга, Государственного исторического музея, Дома-музея В.М. Васнецова, которые посвящены всем дореволюционным инициативам по возведению памятника и творческим конкурсам с их подробным описанием. И, конечно же, рассказ о самом Патриархе: его служении Отчизне, чудесах и прославлениях икон и святых, связанных с его именем.

Мне кажется, очень важно именно сейчас рассказать об этом, потому что, как мы видим, смутное время может возникнуть в любой момент — не только в XVII веке.

Анализ того Смутного времени и тех побед позволит переосмыслить значение Дня народного единства, который мы ежегодно отмечаем 4 ноября.

Замечательно и то, что в тот же день, когда был положен конец Смутному времени, празднуется память обретения Казанской иконы Божией Матери, которую некогда первым принял в свои руки будущий Патриарх Гермоген, тогда еще простой священник Ермолай.

В этом году исполняется 435 лет с тех пор, как в Казани обрели эту икону. А спустя 10 лет Ермолай стал первым митрополитом Казанским. Вот вам еще один юбилей.

— Промыслительно все складывалось…

— Не то слово! Знаете, когда он был рукоположен в митрополиты? 26 мая по новому стилю. А через 5 лет будущий Патриарх напишет «Сказание о Казанской иконе Божией Матери» и службы этой иконе.

Эту дату нам еще предстоит отметить. Заметим, что и отмечать было бы нечего, не воссияй в стране Российской теплый молитвенник ко Господу святитель Гермоген.

С Галиной Ананьиной
беседовала Марина Лев

 

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (No Ratings Yet)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924