Преподобный Сергий Радонежский и афонская монашеская традиция. Окончание1 min read

Свято-Троицкая Сергиева ЛавраЧувство церковного единства, которое выше границ и национальных разделений, появилось уже в период первохристианской общины. В подобной системе координат действовали и исихасты. Афонская монашеская республика всегда была духовным центром не национального, а вселенского значения. Это утверждение вполне можно отнести и к Троице-Сергиевой Лавре.

Консолидация православных была одной из главных задач, которую ставили перед собой традиционалисты. Афонские монахи были инициаторами примирительных переговоров между Сербией и Византией. В 1374 году по настоянию афонского сербского монаха Исайи, Константинопольский Патриарх снял анафему с Сербской Патриархии.

Преподобный Сергий Радонежский консолидировал русских князей на борьбу с внешним врагом, и по словам проф. Ключевского “вдохнул в своих современников силу нравственную, чувство бодрости и духовной крепости “.

Есть основания полагать, что преподобный Сергий стоял на тех же политических позициях, что и близкий к нему видный представитель исихастского движения митрополит Московский Киприан: одобряя объединение Руси вокруг Москвы, “он был противником как московских, так и литовских тенденций, ведущих к разрушению единства, унаследованного от киевской эпохи и укрепленного влиянием Византии”1.

Тем самым исихасты боролись с раздроблением Русской Церкви на несколько митрополий. «Это предполагало союз между Москвой и Литвой, конец провинциализма отдельных княжеств и церковное строительство в соответствии не только с местными интересами, но и с высшими принципами кафолического единства Церкви»2.

Таким образом, мы можем прийти к выводу что русское и греческое монашество “объединялось в своих устремлениях и деятельности обшей идеологией и творческим импульсом, который подразумевал преданность идее «византийского содружества», оживление интереса к византийской литературной традиции, осознание законности культурного плюрализма, религиозный подъем и миссионерскую ревность”3.

В традиции всех Поместных Церквей монашество — это институт, основанный на духовном водительстве. Как говорил схиигумен Герман, строитель Зосимовой пустыни, «стачество есть основание для доброго монастырского устроения… Все великие аввы, создатели иноческих общежитий: Пахомий Великий. Феодосий, Евфимий, Савва и другие – были вместе и духовными руководителями»4.

Афонские обители и духовная школа Сергия Радонежского продолжили эту традицию. В монастыре преподобного Сергия духовником братства был сначала сам подвижник. Его старческое служение выражалось, в частности в том, что преподобный принимал откровение помыслов.

Хотя старчество по преимуществу считается монастырской дисциплиной, с самых ранних времен существуют свидетельства об окормлении старцами и мирян тоже. Примеры исповеди мирян старцам можно найти в источниках уже начиная с IV в.5 Существуют случаи не просто учительства, а духовноотеческого пастырства древних монахов в мирской среде6.

Особенностью монашеской традиции Афона и Лавры всегда была открытость миру. Монастыри стали настоящим духовным оазисом для людей всех социальных слоев.

Преподобный Сергий по словам его жизнеописателя «для всех притекающих к нему был как бы источником благопотребным… Многие приходили к нему, не только ближние, но и издалече, из дальних городов и стран, чтобы только взглянуть на него и услышать от него слово, и все получали великую пользу и спасение души от назидательных его дел».

Еще одной характерной чертой рассматриваемой сегодня монашеской традиции стала независимость от светских властей, и как следствие равноудаленность, а точнее равноприближенность ко всем христианам (вне зависимости от их общественного положения).

Ещё Антоний Печерский вернувшись с Афона на Русь , долго ходил по разным княжеским обителям, но ни одна ему не приглянулась, и в конце концов появился независмый Киево-печерский монастырь.

Монахи как на Афоне так и на Руси выступали как безбоязненные обличители неправды.

Святой Сергий был не только великим молитвенником, но и миротворцем. К нему часто обращались за решением споров, и ему приходилось мирить князей, иногда обличая непокорных.

***

Подводя итоги можно сказать что влияние афонской монашеской традиции никак не значило простого копирования, отсутствия собственного взгляда и инициативы. Русский духовный тип был отмечен своими особыми чертами.

Предание не подавляющее индивидуальность каждого человека, обеспечило возможность творчества и развития и на национальном уровне.

Афанасий Зоитакис


1 Мейендорф И. Византия и Московская Русь.
2 И. Мейендорф Историческое значение богословского творчества св. Григория Паламы
3 Мейендорф И. Византия и Московская Русь.
4 Арсений (Жадановский), еп. Воспоминания. М., 1995. С. 68.
5 Там же. С. 251.
6 Там же. С. 269.
ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924