Греческий опыт Даниил Богатырёв1 min read

Запад привык жить в долгНачало уходящей недели ознаменовалось поистине знаковым событием. На инициированном греческим правительством референдуме по вопросу принятия требований западных кредиторов, граждане страны сказали своё твёрдое «нет». Против выполнения договорённостей с «тройкой» высказался 61% участвовавших в голосовании греков.

Результат волеизъявления был вполне предсказуем, но от этого не стал менее сенсационным. Теперь ведущим политикам в Европе и за её пределами стало ясно, что для ЕС грядёт непростой период, чреватый расшатыванием его экономических и даже политических основ. В долгосрочной перспективе, последствия дефолта Греции для Евросоюза могут быть весьма плачевны.

Но на европейском континенте есть ещё одно государство, безвылазно находящееся в долговой яме и балансирующее на грани дефолта. Речь, разумеется, идёт об Украине. Для лучшего осознания ошибок, допущенных её руководством и прогнозирования дальнейшего развития событий, греческий опыт является крайне поучительным. Именно потому в этой статье мы попытаемся, рассмотрев его, извлечь уроки для Украины.

Терпящая экономическое бедствие балканская республика является одним из старейших членов Евросоюза. К объединению она присоединилась в 1981 году. На момент интеграции в ЕС, страна могла похвастаться довольно развитым реальным сектором экономики. Продукция греческой промышленности (в первую очередь – кораблестроения) и сельского хозяйства успешно конкурировала с товарами из других европейских государств.

Мотивацией для вступления в Евросоюз, как и для многих других его членов, служила перспектива свободного перемещения товаров, услуг, капиталов и рабочей силы. Кроме того, разумеется, не обошлось и без давления «сверху». Будучи членом военно-политического блока НАТО, Греция не могла позволить себе отказать настойчивым увещеваниям из Вашингтона о необходимости вхождения в «европейскую семью».

Для стран, образующих ядро ЕС, Греция была интересна, прежде всего, в качестве рынка сбыта товаров. Из этого следовало, что условия вхождения в Евросоюз не сулили ничего хорошего греческим производителям. Впрочем, учитывая специфику географического положения страны, на первых парах, это не представлялось серьёзной проблемой.

В рамках международного разделения труда внутри ЕС Греции досталась роль курортного региона. Благоприятный климат и обилие исторических достопримечательностей способствовали этому как нельзя лучше.

С промышленностью и сельским хозяйством было покончено очень быстро. Квоты, предложенные Греции представителями Евросоюза оказались мизерными, в результате чего кораблестроение (конкурировавшее с немецким) полностью отошло в небытие, а аграрный сектор экономики вернулся к объёмам производства, недостаточным даже для внутреннего потребления.

Тем не менее, первые годы пребывания в ЕС прошли для Греции весьма гладко. Экономика, переориентировавшаяся на сферу услуг, начала рост. Со снятием пограничных барьеров поток туристов из богатых стран северной и западной Европы оставался стабильно высоким, что позволяло планомерно выстраивать в Греции социальное государство. Для ускорения этого процесса, правительство брало иностранные кредиты. Впрочем, тогда никто не сомневался в их возврате. Популярный до сих пор стереотип о «ленивых» греках родился именно в это благополучное время.

Но период «европейской мечты» продлился совсем недолго. Уже в 1986 году ЕС пополнился новыми членами из числа средиземноморских государств. С вхождением в объединение Испании и Португалии, Греция получила двух новых конкурентов на ниве туристического бизнеса. Правительство предпочло решить эту проблему путём увеличения объёмов иностранных заимствований и поддержания высокого уровня жизни за их счёт.

Однако конкуренция в туристической сфере продолжала расти на протяжении всех последующих лет. Вскоре на кошельки богатых северных европейцев стали претендовать Турция, Египет и другие страны средиземноморского бассейна, не входящие в ЕС, а потому, предлагавшие не менее качественные туристические услуги по более выгодным ценам.

Последний, сокрушающий удар по греческой экономике нанёс мировой финансовый кризис 2008–2009 годов. В этот период всеобщего экономического спада, среднестатистические жители Германии, Франции и скандинавских стран стали массово экономить средства с целью сохранения высокого уровня потребления. Разумеется, первыми попали под сокращение расходы на проведение отпуска в заграничных путешествиях.

В результате, уже в 2010 году Греция оказалась на грани дефолта из-за невозможности вернуть набранные за все предыдущие (благополучные и не очень) годы долги. По требованию иностранных кредиторов, правительство начало внедрять меры жёсткой экономии, коснувшиеся, в первую очередь, бюджетников. Тогда же по стране прокатилась волна протестных акций, под названием «Всегреческая забастовка государственных служащих», вылившаяся в уличные беспорядки.

Привыкшие к высоким социальным стандартам греки решительно отказывались понимать необходимость снижения своих потребительских запросов. Впрочем, обвинять их в несознательности было бы неправильным, учитывая многолетнюю провальную экономическую политику греческих правительств, результатом которой и стал долговой кризис.

События в экономике Греции, которые мы можем наблюдать сегодня, стали результатом реализации кредитного соглашения, которое страна подписала с Евросоюзом в 2012 году. Документ, в случае его выполнения, должен был открыть греческому правительству путь для получения новых займов, которые предполагалось направить на восстановление экономики.

Как мы можем заключить сегодня, кредитное соглашение 2012 года имело две слабые стороны.

Во-первых, оно предполагало дальнейшее усиление мер экономии за счёт снижения социальных стандартов. Учитывая то, что в 2010-м греки уже устраивали массовые беспорядки по этому поводу, нетрудно было предположить, что теперь общественное недовольство вновь достигнет пика.

Во-вторых, сама цель данного кредитного соглашения была весьма сомнительной. Как мы уже писали, реальный сектор экономики в Греции практически отсутствует, и данное положение вещей регламентировано соглашениями с Евросоюзом. В этих условиях совершенно непонятно, как греческое правительство рассчитывало вывести экономику из кризиса за счёт очередного кредита. При нынешнем объёме внешнего долга сделать это без вложения средств в производство ликвидных товаров попросту невозможно.

Таким образом, кредитное соглашение с Евросоюзом являлось, по большому счёту, бессмысленным документом, который, вдобавок, был чрезвычайно непопулярен в народе. С каждым годом «жёсткой экономии» настроения греков всё более радикализировались.

Закономерным итогом этого стала победа на выборах, состоявшихся в январе текущего года крайне левой партии СИРИЗА («Коалиция левых радикальных сил») во главе с Алексисом Ципрасом. В российском информационном пространстве деятельность новой греческой власти принято освещать, в первую очередь, через призму её евроскептической риторики, однако в самой Греции поддержку ей обеспечило именно обещание провести референдум по вопросу необходимости дальнейшего соблюдения вышеупомянутого кредитного соглашения. И, к чести А. Ципраса, своё это обещание он выполнил.

По словам самого главы греческого правительства, результаты референдума станут для него хорошим подспорьем в деле пересмотра основных пунктов столь непопулярного кредитного соглашения. Вероятно, заявляя об этом, он не лукавил. И, всё же, нынешние события могут иметь гораздо более серьёзные последствия.

Прежде всего, это связано с тем, что Греция, с 1 июля уже находится в состоянии дефолта. Не оплатив Международному валютному фонду 1,54 млрд. долларов в счёт погашения кредита она автоматически объявила о своей неплатёжеспособности. 3 июля дефолт Греции был официально признан Европейским фондом финансовой стабильности. Но сам МВФ пока не спешит с критическими оценками.

Казалось бы, после невыплаты очередного транша по кредиту, дефолт Греции должен был быть признан, в первую очередь, её основным кредитором. Однако этого не произошло.

Причины тому, как нередко бывает в подобных случаях, лежат в области политики, а не экономики. В ходе пропагандистской кампании, предшествовавшей референдуму в Греции, европейские политики неоднократно заявляли о том, что отказ страны от выполнения условий кредиторов, а тем более – её дефолт, может привести к исключению из еврозоны и даже самого ЕС.

Если оценивать ситуацию без лишних сантиментов, следует заметить, что исключение из Евросоюза любой страны (включая Грецию) крайне маловероятно. Политические издержки от этого были бы слишком велики, а может и вовсе неподъёмны для Соединённых Штатов, всячески стремящихся удерживать Европу под контролем, тем самым обосновывая своё право на роль мирового жандарма. Конечно, сейчас влияние США на мировой арене имеет стойкую тенденцию к снижению, но, тем не менее, в Евросоюзе оно, пока, является почти безоговорочным. Следовательно, утверждение о том, что референдум, или дефолт в Греции положили начало развалу ЕС, является очевидным преувеличением. Из уст евро-бюрократов подобные угрозы звучали лишь для того, чтобы запугать греков и не позволить им осуществить осознанный выбор. Впрочем, как мы видим, эти попытки не увенчались успехом.

Несколько иначе выглядит ситуация с возможным выходом Греции из еврозоны (валютного союза в рамках ЕС, члены которого отказались от национальных валют в пользу евро). Данная перспектива вполне вероятна по нескольким причинам.

Во-первых, дефолт Греции, в случае его фактического признания, неминуемо обрушит банковскую систему страны, что отрицательно скажется на курсе европейской валюты и финансовой системе всех стран еврозоны. В этих условиях, отказ Греции от использования евро мог бы быть для остальных стран, массово эксплуатирующих данную валюту, более предпочтительным, нежели долговременные финансовые проблемы, непрерывно перетекающие к ним из разрушенной греческой экономики.

Во-вторых, процесс сужения еврозоны и проблемы единой европейской валюты не представляют угрозы для Соединённых Штатов, а значит, не будут заторможены ими в политических целях. При определённом стечении обстоятельств, ослабление евро играет даже на руку американцам, с их планами учреждения Трансатлантической зоны свободной торговли. Последняя, напомним, призвана превратить ЕС в рынок сбыта американских товаров и окончательно привязать его к США в экономическом отношении.

И, в-третьих, исключение Греции из еврозоны, вместе с отказом в выделении новых кредитов, может послужить отличным уроком для других стран, имеющих аналогичные проблемы. Учитывая то, что на пороге долгового кризиса находится почти вся южная Европа (строившая свою экономику по образу и подобию греческой), Брюссель заинтересован в наличии наглядного примера штрафных санкций за невыполнение требований кредиторов.

Но помимо аргументов в пользу возможного выхода Греции из Еврозоны есть обстоятельства, которые могут этому помешать. Здесь стоит упомянуть как отсутствие соответствующей юридической процедуры, так и боязнь евро-бюрократов поставить крест на дальнейшем углублении интеграции в рамках ЕС.

Греческое правительство предпочло перестраховаться и подыскать источники пополнения бюджета «на стороне». Так, последние несколько месяцев в мировых СМИ не угасают дискуссии, относительно намерения Греции участвовать в российском проекте газопровода «Турецкий поток». Этот проект, наряду с другими, призван обеспечить стабильные поступления в греческий бюджет за счёт транзита энергоносителей и промышленной кооперации с Россией. Однако, прежде чем «Турецкий поток» заработает, пройдёт несколько лет, а деньги нужны Греции срочно.

Как мы видим, ситуация, сложившаяся в Греции из проблемы отдельно взятого государства превратилась в общеевропейскую. Более того, в её решении, так, или иначе, задействовано большинство ведущих мировых держав. Всё это стало результатом непродуманной экономической политики и жизни в кредит на протяжении последних трёх десятков лет.

Казалось бы, история с дефолтом Греции должна быть весьма поучительной для других стран, живущих на внешние заимствования и позабывших о развитии реального сектора экономики. Тем не менее, на наших глазах разворачивается прелюдия к очередной «кредитной драме».

Вот уже более года по греческому пути упорно следует Украина. Более того, по скорости накопления убийственных кредитов, её руководство давно обогнало своих балканских «учителей». На грани дефолта Украина оказалась всего через полгода после прихода к власти «проевропейских сил». Дальнейшее существование её экономики обусловлено лишь политической целесообразностью, которой руководствуются Соединённые Штаты, направляя очередные финансовые транши подконтрольному им правительству.

Дефолт Украины неизбежен. Пример Греции служит тому подтверждением. Международные кредиторы, конечно, могут довольно долго закрывать глаза на неплатёжеспособность страны-должника, но рано, или поздно, масштаб накопленного долга делает крах финансовой системы неотвратимым.

По ряду причин Украина проходит этот путь значительно быстрее, чем в своё время проходила его Греция.

Во-первых, она не является членом Европейского Союза, или еврозоны и, с момента своего возникновения в 1991-м году никогда не значилась в списках экономически развитых стран. По факту, нынешняя Украина, исходя из экономических показателей, является типичной страной «третьего мира». Это означает, что «имиджевые» риски для стран Запада, связанные с её дефолтом минимальны. То же самое касается и экономических рисков. Уменьшающиеся объёмы «дежурных» траншей МВФ свидетельствуют о том, что на Западе прекрасно понимают невозвратность этих финансовых вложений. Именно по этой причине политические круги США осуществляют давление на частных кредиторов Украины, добиваясь списания части её долговых обязательств. Впрочем, пока это не принесло результата, ввиду неадекватности условий реструктуризации, предложенных украинским правительством.

Во-вторых, Украина обладает гораздо меньшим, чем у Греции, «запасом прочности» в плане уровня жизни населения. В то время, как греки долгие годы наслаждались всеми благами социального государства, украинские граждане еле сводили концы с концами. Иными словами, меры «жёсткой социальной экономии» на Украине обречены на провал ввиду того, что эта статья бюджетных расходов и так урезана до предела.

В-третьих (и это одна из важнейших причин), на Украине идут боевые действия. Как известно, война – дело затратное. А в случае с Украиной это справедливо в двойне, ведь на момент начала конфликта её армия находилась в совершенно небоеспособном состоянии. На повышение эффективности ВСУ тратятся колоссальные суммы, что тормозит развитие всех остальных отраслей жизнедеятельности государства.

Сегодня о возможности дефолта на Украине открыто заявляют даже члены правительства, прежде излучавшие оптимизм и категорически отвергавшие все предположения о грядущем финансовом крахе. Так, министр финансов Наталья Яресько, в одном из интервью, прямо подтвердила вероятность дефолта.

Последнее, впрочем, не удивительно, учитывая принятый Верховной Радой закон о возможности замораживания выплат частным кредиторам. Согласно нормам международного права, принятие властями страны подобного решения будет означать технический дефолт, за которым вскоре последует и дефолт полноценный.

Но даже вожделенная реструктуризация долговых обязательств вряд ли принесёт Украине желаемый результат. Как показал опыт Греции, подобные меры, без подкрепления развитием реального сектора экономики, способны лишь отсрочить дефолт, но не помочь избежать его. Учитывая то, что промышленность на Украине терпит крах, разрушаемая войной и условиями Соглашения о зоне свободной торговли с ЕС, надеяться Киеву не на что. Из всего реального сектора экономики стране оставили только сельское хозяйство, и то, с массой ограничений. Эта отрасль, при всём желании, никак не сможет обеспечить достойный уровень жизни 40 миллионного населения.

Как мы писали выше, греки ищут выход из ситуации в развитии совместных инфраструктурных и промышленных проектов с Россией. Украина, ввиду своего антироссийского внешнеполитического курса, лишена подобной возможности. Иностранные инвесторы не спешат вкладывать средства в политически нестабильную страну. Всё это создаёт ситуацию, в которой единственным выходом для киевского правительства является «жизнь в кредит». Но, как уже говорилось, она не может продолжаться вечно.

Подводя итоги, отметим, что греческий опыт служит ярким подтверждением несостоятельности тезиса о благе «постиндустриальной» экономики с превалированием сферы услуг над производством реальных товаров. На примере Греции мы можем наблюдать то, что ожидает каждое государство, власти которого надеются выстроить собственную экономику на средства иностранных кредиторов, при этом, не вкладывая их в промышленное развитие. В ближайшем будущем последствия подобной политики в полной мере ощутит на себе и Украина. Для других государств это должно послужить уроком.

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (No Ratings Yet)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924