Cвятослав и Владимир Александр Бадьянов1 min read

К 1000-летию преставления Крестителя Руси и 1050-летию разгрома Хазарского каганата …

Святой Равноапостольный Князь Владимир1000-летие преставления равн.кн. Владимира совпало с 1050-летием разгрома Хазарского каганата его отцом киевским князем Святославом. Это совпадение заставляет нас рассматривать события, связанные с крещением Руси в контексте того, что свершил князь Святослав за время своего княжения.

В 960 году на престол русского княжества вступил молодой, воинственный князь Святослав — сын Игоря и Ольги. С.М. Соловьев пишет, что « идя в поход, возов с собою не возил, мяса не варил, но изрезав говядину тонкими ломтями пек на углях, воевал, ходя легко, как барс…»1. Святослав не принял крещение, но дела его шли на пользу христианства. Видный современный историк Древней Руси А.Н.Сахаров, пишет, что под лаконичной фразой летописца: «Иде Святослав на хозары» стоит целая эпоха освобождения восточно — славянских земель из под ига хазар, превращения конфедерации восточно-славянских земель в единое Древнерусское государство.2 В борьбе с Русью Каганат использовал поселенных у ее границ алан, болгар, а также венгров ( которые в IХ веке обитали в Причерноморье между Днестром и Доном — прим. авт.).

После захвата воинами Святослава волжской столицы каганата, хазары просто разбежались. Закрепив за собой Волгу, Святослав двинулся на Дон. Хазарский каган Иосиф успел собрать огромное войско. В сражении хазары построились в четыре боевые линии (фаланги). Первая называлась « Утро псового дня», вторая — «дни помощи», третья — «вечер потрясения» и четвертая — «знамение пророка» или как ее называли простые хазары «Солнце кагана». Русская рать наступала клином. На острие клина шли богатырского роста воины в железных панцирях и шлемах, с секирами в руках. За ними — пехотинцы. Конница и печенеги были сосредоточены на флангах. Все происходящее носило исключительно символический характер: русский клин «разорвал «утро псового дня», которому ничто не смогло помочь и у хазар началось « потрясение», а затем, когда конница русов замкнула кольцо, закатилось и «солнце кагана». Саркел (донская столица Хазарии по В.Н.Татищеву переводится с сарматского как « Белый Дом « — прим. авт.) был взят штурмом с использованием лестниц, тарана и катапульт, которые были построены для русских воинов византийскими мастерами. Сам Иосиф погиб вместе с телохранителями в одной из башен цитадели. Победители не щадили никого.3

После разгрома Хазарского каганата, мавры воевавшие в Испании против христиан прекратили получать финансовую поддержку от хазарских евреев и были вытеснены испанцами со своей территории, арабский халифат в Багдаде ослабел и потерял контроль даже над Египтом, не говоря уже об Африке и северном Кавказе. Напротив, князь Святослав усилил русское влияние на Кавказе. Он осадил и взял крепость Семендер ( старую столицу Каганата — прим.авт.), покорил племена аланов, ясов и касогов, союзников каганата, тревоживших набегами Русь и основал город Тмутаракань.4

В результате похода 964 — 965гг. Святослав исключил из сферы хазарского влияния Волгу, среднее течение Терека и часть среднего Дона. Но не все военно-политические задачи были решены. На Кубани, в северном Крыму еврейское население под именем хазар по прежнему удерживало свои главенствующие позиции и сохраняло финансовое влияние. Однако основным достижением похода, бесспорно, явилось то, что Киевская Русь вернула себе политическую независимость. Хазарское иго над рядом славянских племен было уничтожено. Завоевания Святослава были огромны. Одна только юго-восточная граница его державы составляла более 3 тысяч километров. Святослав вывел Русь на великое дело — дело создания русского « Римского» царства. В 968 году по просьбе воевавшего с Болгарией Византийского императора Никифора, победитель хазар повел свои войска на Балканы. Святослав разбил 30 тыс. войско болгар, после чего царь Петр заболел: у него начались эпилептические припадки. Болгарию от окончательного разгрома спасли печенеги, которые «вовремя» для болгар начали осаду русской столицы. Войско Святослава было вынуждено вернуться в Киев. В 969 г. вместо умершего Петра на болгарский престол взошел Борис II (969 — 972гг.). Когда Святослав вновь вторгся в Болгарию, Борис обратился за помощью к Византийскому императору. Тот выдвинул условием оказания помощи «высылку царских невест» для царевичей Василия и Константина. Борис не думая о последствиях (Святослав был страшнее византийского императора — прим. авт.), дал согласие. Но план Бориса рухнул из — за дворцового переворота в Константинополе с 10 на 11 декабря 969 г., когда группа заговорщиков во главе с племянником Никифора II Цимисхием (969-976) расправились с базилевсом прямо в постели.5 Академик И.Н.Панарин считает, что Святослав «хотел объединить Киевскую Русь с другими славянскими государствами (чешскими и моравскими княжествами, государствами балтийских славян лютичей и бодричей). Ведь его дедушка Рюрик был князем славян — бодричей на территории северной Германии».6

Опираясь « на завоеванную Болгарию Святослав, объединяя под своей властью все славянские государства, хотел «вбить» клин между Восточной и Западной частями Римской империи, что позволило бы ему как Аттиле ранее осуществлять контроль над Римом ( империей Карла Великого в Х в. — прим. авт.).

Византийский историк Петр Диакон видел Святослава и оставил замечательный портрет этого воинственного князя:

— Вот какова его наружность: умеренного роста, с мохнатыми бровями и светло — синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезмерно длинными волосами над верней губой ( то есть усами. — прим. авт.).

Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны ее свисал клок волос — признак знатности рода. Крепкий затылок, широкая грудь и все другие части тела вполне соразмерные. В одно ухо у него была вдета золотая серьга; она была украшена карбункулом, обрамленным двумя жемчужинами. Одеяние его было белым и отличалось от одежды других только чистотой.7 «Длинные вислые усы, бритая голова, оселедец (хохол) белая рубаха…Удивляться не надо, — пишут А.А.Бычков, А.Ю.Низовский, П.Ю.Черносвитов, — это обычный облик степного сарматского воина еще с середины 1 тыс. н. э., если не раньше. И, самое интересное — он остается таковым чуть ли не до Нового времени пока существует Запорожская сечь».8 Заметно и то, что характер и поступки Святослава схожи с характером и поступками Аттилы, что может говорить о формировании особого («иранского») типа вождей. Святослав мог стать вторым Аттилой, но времена изменились: князь руководил не кочевниками, а оседлым населением, далеким от военных набегов.

В 968 году, когда Святослав отправился в Болгарию, остался Киев без князя и был окружен со всех сторон печенегами. Княгиня Ольга с внуками и сам Киев спаслись чудом: воевода Претич с другого берега Днепра дал знать печенегам, что он будто бы является командиром авангарда войск Святослава, возвращающегося из Болгарии. Печенеги, обеспокоенные этим известием сняли осаду с города. Святослав все бросивший в Болгарии, вернулся в Киев и столкнулся с тем, что киевляне абсолютно далеки от тех геополитических задач, которые он пытался решить. Киевляне сказали вернувшемуся Святославу: «Ты, княже, чужой земли ищешь и блюдешь, от своей же отрекся…»9 Нет, не пренебрегал князь родной землей, но хотел жить в Болгарии. «Хочу жить в Переяславце — на Дунае — там средина Земли моей, туда со всех сторон свозят все доброе: от греков паволоки, золото, вино и овощи различные; от чехов и угров серебро и кони; с Руси — меха, воск, мед и рабов».10

Почему же князь сделал своей резиденцией Переяславец на Дунае? Если рассматривать этот вопрос с точки зрения создаваемого Святославом русского Рима, то форпост воинствующей империи и должна была быть на Дунае. Итак, мужественный и умный князь стремился создать империю русской нации, но не получив поддержки от киевлян, остался один на один с Византией и в борьбе с ней потерпел поражение.

«Весной 971 года, — пишет Л.Н.Гумилев, — Цимисхий, прервав притворные переговоры, подошел к Переяславцу с лучшими войсками. Одновременно в Дунай вошла греческая эскадра из 300 кораблей. Крепость сражалась три дня. Затем русы отступили к небольшой крепости Доростол. Они в пешем порядке атаковали византийцев и удар был настолько мощный, что только контратака латной конницы спасла Цимисхия от поражения».11

В ходе ожесточенного сражения с превосходящим его противником, Святослав обращаясь к дружине сказал: «До этой поры Русская сила была непобедима. Деды и отцы наши завещали нам храбрые дела! Станем крепко. Нет у нас в обычае спасать себя постыдным бегством. Или останемся живы и победим, или умрем со славой. Мертвые сраму не имут… «Где ляжет твоя голова, там и все мы головы сложим», — отвечали они ему, потому что оставить поле битвы, потерявши князя, считалось ужасным позором для доброго дружинника».12 По данным В.Н.Татищева войско и флот Цимисхия превосходило дружину Святослава в несколько раз.

В битве с руссами, Византийский император Цимисхий оказался в роли нового Пирра, по словам Льва Диакона «победа» над Святославом была одержана «сверх всякого чаяния». Но и силы руссов были на исходе: за отказ от дальнейшей борьбы Святослав должен был покинуть Болгарию. Рушились все планы честолюбивого князя. А планы его действительно были грандиозны: с захватом Волги у Святослава появлялась возможность контроля и Кавказа и Каспийского региона. Видимо князь не зря «задержался» на пол — года у днепровских порогов. Он ждал пополнения из Киева, а оно не шло. Киевляне не хотели воевать за чужие земли. Это обнадежило печенегов, для которых Святослав являлся опаснейшим врагом. Цимисхию «подозрительная» остановка Святослава тоже не нравилась, и он послал печенегам богатые дары. Но Л.Н.Гумилев отрицает «византийский след» в убийстве Святослава. В таком случае остается предположить, что убийство Святослава «заказали» хазарские евреи и таким образом они отомстили ему за разгром своего царства. Тем более, что евреи, сохранившие влияние в северном Крыму не без оснований могли опасаться, что грозный завоеватель, получив подкрепление из Киева двинется в их пределы. И евреи вполне могли послать печенегам дары. Печенеги же, получив деньги с двух сторон, выступили в поход. В.Н.Татищев пишет, что после в ходе сражения «Куря, князь печенежский убил Святослава и, взяв главу его, сделал чашу, окованную золотом и пил из нее» 13.

Так закончил свою жизнь Святослав, которого академик И.Н.Панарин назвал первым русским геополитиком. Три сына осталось после гибели Святослава: Ярополк, Олег и Владимир: два первых от «законных» жен, а Владимир — от Малуши. История гласит, что в городе Любече, охранявшем с севера подступы к Киеву, жил некий Малко Любечанин. Дочь его Малуша была ключницей княгини Ольги (матери Святослава), а сын Добрыня служил князю. Малуша Любечанка была дочерью плененого Ольгой древлянского князя Мала. Она стала женой Святослава, и у нее от него родился сын Владимир. В.Н.Татищев пишет, что « о летах и рождении Владимира точно нигде не показано», есть только сведения о том, что «родился в селе Будятино, близ Плескова «.14 Видимо у Владимира была бы нелегкая судьба да «помогла» ему война с Византией, на которую собрался покоритель хазар в 970 г.

Грозный завоеватель перед уходом в Болгарию решил посадить своих малолетних детей на княжение. Ярополку был оставлен Киев, а Олегу -Древлянская земля. В то же время новгородцы, оставшиеся без князя «просчитали, что после смерти Святослава отстаивать их интересы будет некому. Тогда они обратились к Святославу, чтобы он дал им сына своего в правители. Ни Ярополк, ни Олег не хотели жить на далеком Севере. Тогда Добрыня предложил новгородцам просить в князья Владимира. Так юный Владимир стал князем — наместником Новгорода. 15

Через несколько лет после смерти Святослава в ходе « разборок» между дружинами Ярополка и Олега — Олег был убит. Владимир, узнав об этом, вместе с Добрыней бежал к варягам и прожил там три года. За морем он набрал наемников — варягов и в 980 году двинулся на Полоцк. Он в первую очередь хотел отобрать у Ярополка невесту. Дело в том, что Ярополк будучи женат красавице, которую ему из Болгарии привез Святослав, решил завести себе вторую жену и посватался к Рогнеде. Собравшись войной на Ярополка, Владимир послал послов к Рогволоду, полоцкому князю и просил руки его дочери.

Рогволод, будучи в затруднении кому же (Ярополку или Владимиру) отдать дочь, спросил ее, за кого она сама желает выйти замуж. На это гордая Рогнеда отвечала: «Не хочу идти за сына рабыни, а хочу за Ярополка». 16 Ответ этот передали Владимиру, чем глубоко оскорбили не только молодого князя, но и дядю его Добрыню, брата Малуши, которую Рогнеда назвала «рабыней».

Союз между Киевом и Полоцком, скрепленный родственными узами автоматически означал разгром Новгородского княжества. Владимиру после ответа Рогнеды оставалось сделать выбор: либо разгромить Полоцкое княжество, либо бежать «за три моря». Владимир выбрал первое: его дружина захватила Полоцк. Князь Рогволод с двумя сыновьями был убит, и путь Владимиру на Киев был «расчищен». В.Н.Татищев утверждает, что Ярополк был « нелюбим, зане христианам дал волю велику».17 Видимо это и предопределило его судьбу, хотя киевляне с приходом Владимира получили далеко не то, чего хотели.

После гибели Ярополка и воцарения Владимира языческая партия в Киеве усилилась. Л.Н.Гумилев отмечает, что «на севере, в Новгороде, христианству противостоял балто — скандинавский культ Перуна — бога обновленной языческой религии. И хотя Киев оставался языческим городом, культ Перуна был ему чужд…Славяне верили в Хорса — Солнце (персидский Хуршид), небесного Даждьбога и т. д. Как всякие уважающие себя боги, славянские требовали почитания, но не человеческих жертв. Совсем другим был культ Перуна, бога войны и громовержца, с приходом которого земля обагрилась кровью жертв…Жрецы выбрав жертву, убивали ее, живые должны были ликовать».18

И киевляне, по Л.Н.Гумилеву, были очень недовольны господством литовского Перкунаса (Перуна) и тем, что молодой Владимир слушался во всём новгородских волхвов. Жестокость балтийского культа способствовала моральной распущенности Владимира, который публично принуждал Рогнеду к сожительству, в отместку за обиду «переименовав» ее в Гориславу. Затем «наигравшись» с несчастной Гориславой, князь бросил ее, завёл себе гарем из молодых женщин. Разгул принимал характер какого — то странного надругательства Севера над Югом. Л.Н.Гумилев в книге: «От Руси до России» рисует более негативный, чем положительный облик князя Владимира и, по сути, единственной его заслугой считает правильный выбор веры.

Правильный выбор веры у князя совпал с его желанием «выйти» из русской «изоляции» Х века!

И Владимир решил для этого жениться на Византийской принцессе Анне. Император Василий обещал ему Анну в жены в ответ на военную помощь против стратега Фоки, угрожавшего трону. Владимир послал в Константинополь 6 тысяч варягов, которые и подавили мятеж. Когда угроза миновала, то император Василий о свадьбе «позабыл», так как Владимир продолжал вести языческий образ жизни. Владимир объявил Византии войну. Объектом своего нападения он выбрал главную базу Византии: город Корсунь (Херсонес), располагавшийся на Таврическом полуострове (в Крыму, вблизи нынешнего Севастополя — прим. авт.)

С моря к городу невозможно было подойти близко, а от находившихся с запада и с востока бухт Херсонес « прикрывался» « блок — постами». Но, Владимир все же решился осаждать город. На легких стругах, очень удобных для осуществления десанта, он с войском в количестве 6 — 8 тыс. бойцов высадился в Стрелецкой бухте. Жители города вели войну по всем правилам военного искусства того времени. Владимир объявил им, что если они не сдадутся, то русские войска будет три года стоять под городом. Когда эта угроза не подействовала, князь дал приказ сделать вал около города, но его противники подкопали городскую стену и уносили присыпаемую русскими землю к себе в город, рассыпая ее по городской площади. Владимир понимал, что как только начнутся заморозки, осаду с Корсуни придется снимать. Он каждый день объезжал позиции и не находил ответа на мучавший его вопрос: как взять крепость? Все средства были уже использованы, а обороняющиеся продолжали отчаянно сопротивляться. Ответ на мучивший его вопрос Владимир неожиданно получил со стен осажденного города. Один из воинов по имени Анастас пустил в русский стан ко Владимиру стрелу, на которой было написано: «За тобою с восточной стороны лежат колодцы, от них вода идет по трубе в город, перекопай и перейми ее». 19 Владимир, услыхав об этом, взглянул на небо и сказал: «Если это сбудется, я крещусь».20 Он дал Добрыне команду перекрыть доступ воды в город.

Изнемогая от жажды, жители города сдались на милость победителя. Однако, Владимир не крестился и мало того вошел в Херсонес(Корсунь) и повелел сказать греческому императору Василию и его брату Константину, что если они не отдадут за него Анну «… то и с вашим городом будет то же, что с Корсунем».21

Услышав столь грозное предупреждение, Василий и Константин велели отвечать Владимиру: «Не следует христианам отдавать родственниц своих за язычников, но если крестишься, то и сестру нашу получишь, и вместе царство небесное, и с нами будешь единоверник, если же не хочешь креститься, то не можем выдать сестры своей за тебя «. 22 Владимир отвечал на это посланием так: «Скажите царям, что я крещусь, и уже прежде испытал ваш закон, люба мне ваша вера и служенье, о которых мне рассказали посланные нами мужъя».23

По этим словам видно, что Владимир не доверяет императору Василию и одновременно успокаивает императора, чтобы добиться поставленной цели дипломатическими средствами. Тем не менее братья — цари обрадовались этим словам, умолили свою Анну выйти за Владимира и послали сказать ему: «Крестись, и тогда пошлем тебе сестру». 24 Но, Владимир велел отвечать: «Пусть те священники, придут с сестрою вашей и крестят меня».25 Братья — Цари послушались и послали сестру вместе с некоторыми сановниками и пресвитерами. Анне очень не хотелось ехать в Херсонес. Анна была умна и по женски тонко ощущала, что находится в «западне».

— Иду, словно в полон, — говорила она, — лучше бы мне здесь умереть».26 Братья утешали ее: « А, что если Бог обратит тобою Русскую землю в покаяние, а, Греческую землю избавит от лютой рати, видишь, сколько зла на земле Русь вершит? И теперь, если не пойдешь, будет то же. И едва уговорили ее».6Анна села на корабль, простилась с родственниками «и поплыла с горем в Корсунь», где была торжественно встречена жителями.

Мы можем только представлять насколько горяча была молитва Анны к Матери Божией, заступнице усердной…

Прибыв в Корсунь Анна узнает, что Владимир «разболелся» глазами и сильно по этому поводу переживает. Переживать было из-за чего: «слепота» сводила на нет всю победу Владимира над Византией, зримым «выражением» которой «выступала» принцесса Анна. Принцесса тоже все поняла: Владимир либо останется «слепцом» и Анна вернется в Константинополь, но тогда Русь останется языческой или же произойдет чудо. Предчувствуя чудо, Анна велела передать Владимиру «Если хочешь исцелиться от болезни, то крестись поскорее, если же не крестишься, то и не вылечишься».27 Князь Владимир тоже понимал драматичность создавшейся ситуации: из недавнего победителя он превратился в побежденного. Владимир также осознавал необычность происходящей ситуации и в ответ на предложение Анны сказал: « Если, в самом деле, так случится, то поистине велик Бог христианский»,- и объявил, что готов к крещению. Епископ города Корсунь и священниками, которые прибыли с царевной крестили Владимира, и когда возложили на него руки, то он вдруг прозрел и, дивясь такому внезапному исцелению сказал: «Теперь только я узнал истинного Бога !»28 Вот миг, когда окончательно смирился гордый человек и произошло рождение христианина в духе вместе с прозрением.

Видя это, и из дружины его многие крестились. После крещения в этот же день было совершено таинство венчания Владимира с Анной.

Из Керчи Владимир помня о судьбе отца, двинулся не к днепровским порогам, а в Азовское море. Неподалеку от Сурожа свадебный «поезд» внезапно остановился: Анна заболела и заболела опасно. Болезнь казалась смертельной. Княгиня обратилась в душевном порыве к иконе Св. Стефана (Стефан — апостол и первомученик, первый из семи диаконов, поставленных апостолами. Был за проповедь Евангелия побит камнями до смерти прямо в синедрионе.) 29Святой Стефан! — молилась княгиня, — Если избавишь меня от болезни этой, то много одарю тебя и почести воздам тебе!».30 На другой день Анна проснулась здоровой. Все спутники были поражены чудом. Поход остановился в Суроже ( Судак — прим. авт.) и молодая чета щедро вознаградила храм Св. Стефана.31

Нам кажется, что Владимир ощутил, что болезнь жены это месть врага рода человеческого, направленная против Анны, которая не отказалась от «слепца»-язычника, а приняла активное участие в том, чтобы Владимир принял судьбоносное для Руси решение! Мало того, мы предполагаем, что болезнь Анны заставила Владимира сильно волноваться и переживать за жизнь супруги, что Анна безусловно оценила. Думается, что Владимир от всего сердца молил Бога о том, чтобы Бог сохранил ту, которую дал ему в жены!

В память своего крещения, Владимир построил в Корсуни церковь во имя Св. Василия, как говорит летописец на той самой насыпи, которая образовалась из земли, уносимой корсунянами во время осады города, ставшего судьбоносным в истории Руси. Торжественно вступил князь Владимир со своей красавицей женой в стольный Киев — град. Встречать молодую чету вышли и христиане и язычники. Отслужив благодарственный молебен в церкви Св. Ильи, Владимир пригласил всех киевлян на праздничный пир. На другой день, отпустив языческих жен, Владимир, прежде всего, крестил своих сыновей. По преданию сыновья Владимира крестились у ручья с оврагом, поросшего лесом. Это место назвали Крещатик. Затем, Владимир приступил к очищению города от идолов: некоторых рассекли на части, других сожгли, а самого главного- Перуна, он приказал бить палками, а затем бросить в Днепр, где тот и исчез, разбившись о днепровские пороги.32 В символическом плане все происходившее выглядит достаточно логично: Балтийско — литовский Перкунас (Перун) победил славянского Хорса ( заратустризм), но в свою очередь потерпел поражение от Христа. 1(13) августа 988 года совершилось величайшее событие в истории Руси: она приняла святое крещение. Радостно было и княгине Анне видеть с какой верой принимает крещение ее новый народ, которого она ранее так боялась. Но еще радостнее ей было от того, что супруг ее глубоко проникся святой верой и обнажал меч только при крайней необходимости.33 Эта крайняя необходимость была связана в первую очередь с тем, что Владимир, утверждает В. Кожинов нанес еще один и уже последний удар по хазарам. Поэтому, считает он, это и явилось главной причиной того, что не Святослав, а Владимир стал героем народного эпоса (но возможно народное признание связано с тем, что Владимир прекратив конфронтацию с Византией, занялся беспокоящей киевлян « печенежской» проблемой Руси — прим. авт.). Именно после этого в арабских источниках сохранились свидетельства о «русах» конца Х — начала ХI века: «… У них независимый царь, и называется их царь Буладмир… Они люди сильнейшие и очень могучие: они отправляются пешими в далекие страны для набега, плавают также на судах по Хазарскому морю… Их корабли и мужество известны, ибо один из них равен некоторому числу из людей другого народа».34 С конца Х в., после грозного похода Владимира, Восточная Хазария окончательно перестала существовать и мало по малу была поглощена хорезмийцами, гузами и половцами.35 Владимир разгромив Хазарию, сосредоточил в своих руках две « дороги жизни»: «из варяг в греки» и «из варяг в Иран». У него были выходы в Балтийское, Черное и Каспийское моря. Это было очень важно для набирающей силы Руси. Но женитьба Владимира на принцессе Анне, крещение и родство с Византийскими царями было не менее важным приобретением. В лице Владимира Древняя Русь заключила союз с морской (средиземноморской) Империей. Это спасло Византию от разгрома, создало условия для развития и утверждения христианской цивилизации во вселенском масштабе. Крещение изменило и Русь: оно определило ее политику продвижения на Восток и сформировало на шестой части земли православное русское царство (Третий Рим).

Однако, крещение Руси без разгрома Святославом Хазарского каганата могло и не быть. Князь Святослав стал орудием Божиим по уничтожению Хазарского каганата. Но в плане создания нового завоевательного Рима (русской нации) он был неправ. Из его мужественной, но неправедной борьбы с Византией Владимир сделал правильный вывод. Поэтому князь Владимир показал себя выдающимся государственным и деятелем, кардинально отличающимся от своего выдающегося отца, действовавшего зачастую только военными средствами.

Союз наций и взаимоотношения между ними основываются на христианской любви. Это главное, что понял князь Владимир и не смог понять грозный покоритель хазар!

Бадьянов Александр Борисович, кандидат социологических наук


Сноски:

1 Соловьев С.М. Сочинения. В 18 кн. Кн.1.Т.1-2. История России с древнейших времен

древнейших времен. — М., 1993, т. 1, с 125-126.

2 См. Сахаров А.Н. Мы от рода русского. Рождение русской

дипломатии.- Л., 1986, с.263.

3 Шишов А.В. Святослав Игоревич (ок 942-972). Сто великих героев. — М., 2005, с.146-147.

4 Снычев Иоанн. — Самодержавие духа/ очерки русского самосознания/.- СП-б, 1994.

5 Шиканов В.Н. Византия. Орел и лев: Болгаро- византийские войны VII-ХIV вв,-С-Пб., 2006, с. 91-92.

6 Панарин И.Н. Информационная война и геополитика. — М.,2006, с.29

7 Цит. по: Бычков А.А.Низовский А.Ю., Черносвитов П.Ю. Загадки древней Руси. — М., 2000, с. 250 -251.

8 тамже, с. 251.

9 См. Соловьев С.М. Сочинения. В 18 кн. Кн.1.Т.1-2. История России с

древнейших времен. — М., 1993, т. 1, с.128.

10 Цит. по: Соловьев С.М. Сочинения. В 18 кн. Кн.1.Т.1-2. История

России с древнейших времен. — М., 1993, т. 1, с.128.

11 Гумилев Л.Н. От Руси до России: очерки этнической истории.- СПб., 1992, с.48.

12 Цит. по: Соловьев С.М. Сочинения. В 18 кн. Кн.1.Т.1-2. — М., 1993, т. 1, с. 201.

13 Цит. по: Татищев В.Н.История Российская. Собрание сочинений в 8-и томах.Том 2- М., 1994, с.53.

14 Цит. по: Татищев В.Н.История Российская. Собрание сочинений в 8-и томах.Том 2- М., 1994, с.236.

15 См. Бурин С.Н. Крещение Руси. Вопросы истории и культуры. — Наука и жизнь, 1988, N11, с.23.

16 См..Нечеволодов А. Сказания о Русской земле. кн. 1. Репринтное изд. в четырех книгах.- Кемерово, 1991, с. 179.

17 Татищев В.Н.История Российская. Собрание сочинений в 8-и томах. Том 1 — М., 1994, с.112.

18 Гумилев Л.Н. От Руси до России: очерки этнической истории.- С-Пб., 1992, с.51.

19 См. Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Соч. в 18 кн. Кн 1. том 1-2. — М., 1993, с 150.

20 там же, с. 150.

21 См. Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Соч. в 18 кн. Кн 1. том 1-2. — М., 1993, с 150.

22 Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Соч. в 18 кн. Кн 1. том 1-2. — М., 1993, с 150-151.

23 там же, с. 150 -151.

24 там же, с. 150 -151.

25 там же, с. 150 -151.

26 там же, с.150 -151.

27 Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Соч. в 18 кн. Кн 1. том 1-2. — М., 1993, с 150-151.

28 там же, с.150 -151.

29 См. Библейская энциклопедия. В 4-х выпусках./ труд и изд. архимандрита Никифора- М., 1891, с.676.

30 Алексеев С.В. Владимир Святой- создатель русской цивилизации.- М., 2006, с. 200-201.

31 Алексеев С.В. Владимир Святой- создатель русской цивилизации.- М., 2006.

32 См. Нечеволодов А. Сказания о Русской земле. кн. 1. Репринтное изд. в четырех книгах — Кемерово, изд. «Кузбасс», 1991, с. 179.

33 См. Князь Святополк Окаянный или княжение Владимира Красно — Солнышко.- М., 1876, с. 11-13.

34 Захадер Б.Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе. — М., 1967, с. 146-147.

35 Ланда Р.Г. Ислам в истории России.- М., 1967, с. 146 -147

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (No Ratings Yet)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924