Россия способна создать новую царскую династию1 min read

Россия способна создать новую царскую династию

Возобновившаяся в последнее время дискуссия о роли династии Романовых в российской истории поневоле наводит на мысли о возможности возрождения в России монархии. При некотором рассмотрении это не кажется такой уж фантастикой — вот только претендующие сегодня на роль царей фигуранты не могут и не должны участвовать в этом процессе.

Дебаты о возможности восстановления монархии в России с разной степенью интенсивности идут уже четверть века. После распада СССР монархическая идея имела немного сторонников, но с годами интерес к достоинствам монархической формы правления лишь усиливается.

Два года назад, в год 400-летия призвания на царство Романовых, опросы показывали, что около 28% высказываются за монархию или не возражают против нее. Последовательных монархистов меньше, но и их уже больше 10%, а в двух столицах так и вовсе каждый пятый.

После «русской весны» и начала геополитического и идеологического конфликта с Западом симпатии к монархической идее могли лишь усилиться. Поводом для последней волны дискуссий стала не столько отмечавшаяся 17 июля годовщина убийства последнего царя и его семьи, сколько два заявления, прозвучавших из Питера и Крыма. Сначала депутат Заксобрания Ленобласти Владимир Петров выступил с обращением к живущим в эмиграции Романовым с призывом вернуться в Россию и пообещал разработать законопроект «Об особом положении представителей царской фамилии», устанавливающий на федеральном уровне официальный статус потомков Романовых, в том числе и «Российского императорского дома» во главе с Марией Владимировной.

Предлагалось зафиксировать, что «Российский императорский дом» является частью исторического наследия» и «уникальной исторической институцией без прав юридического лица», выделить резиденцию в одном из исторических зданий в Санкт-Петербурге. По мнению Петрова, «возвращение потомков последнего российского самодержца на историческую родину поспособствует сглаживанию политических противоречий внутри страны, оставшихся с момента Октябрьской революции, и станет символом возрождения духовной мощи народов России».

А чуть позже прокурор Крыма Наталья Поклонская, известная своим почитанием последнего самодержца Николая Александровича, заявила о нелегитимности отречения императора. Все вместе это дало почву к разговорам как о том, кто такие нынешние Романовы, так и об обстоятельствах отречения царя.

«Прав нет ни у кого»

Адресатами обращения депутата были все Романовы, но в первую очередь два основных центра, объединяющих потомков династии: так называемый «Императорский дом» и «Объединение членов рода Романовых». Первый возглавляет праправнучка императора Александра Второго Мария Владимировна, которая называет себя не просто «Ее Императорским Высочеством Государыней Великой Княгиней» (хотя на этот титул имели право только внуки императора), но и «де-юре Ее Императорским Величеством Государыней Императрицей и Самодержицей Всероссийской».

У 61-летней Марии есть 33-летний сын Георгий Михайлович, он же «Государь Наследник Цесаревич и Великий Князь». Это представители Кирилловичей. Мария — внучка двоюродного брата Николая Второго великого князя Кирилла Владимировича, который после гибели в 1918 году царской семьи и не принявшего трон великого князя Михаила Александровича стал первым в списке престолонаследников. В 1924 году в эмиграции он провозгласил себя Императором Всероссийским Кириллом Первым — и уже тогда его не признали даже большая часть из оказавшихся в изгнании Романовых.

Кириллу вспоминали и временную потерю им прав на престолонаследие в начале века (когда он женился на не принявшей православие двоюродной сестре, уже бывшей к тому же разведенной), и, главное, присягу Временному правительству в первые же дни переворота. Тогда он надел красный бант и привел свою воинскую часть к Таврическому дворцу. Но если Кирилл лично все-таки имел формальное право претендовать на престол, то уже его потомки благодаря морганатическим (то есть неравным для члена династии) бракам утратили все права.

Родившийся в еще российской Финляндии в 1917 году сын Кирилла Владимир успел увидеть Санкт-Петербург — он посетил его осенью 1991 года, за полгода до смерти, а внучка Мария за последние годы была в России десятки раз. Ее сын Георгий до прошлого года несколько лет проработал советником гендиректора Норникеля.

Кирилловичи охотно откликнулись на инициативу депутата Петрова — ведь они сами много лет призывали к принятию подобного закона:

«Императорский дом неоднократно заявлял, что он готов вернуться в Россию на постоянное место жительство. Княгиня Мария Владимировна как частное лицо могла бы вернуться в любой момент, но она возглавляет Императорский дом и несет ответственность перед предками, и ее возвращение должно быть достойным. Она не претендует ни на собственность, ни на политические полномочия и привилегии, но хочет, чтобы, как в большинстве стран мира, Императорский дом являлся исторической институцией и частью исторического наследия. Это культурологическое признание, но оно должно быть выражено в правовом акте».

Вместо модератора интересов различных группировок бюрократии и крупного бизнеса, в которого превращается любой президент «западной модели», — правитель, опирающийся только на народ и служащий сдерживающим и карающим фактором для «элиты». Да и сама элита формируется, меняется и настраивается по принципу служения — не монарху, а государству и народу, символом и защитником интересов которого и выступает глава страны.

Такая «народная монархия» будет служить не возрождению классового общества с его замкнутыми сословиями и оторванной от народа элитой (как это во многом сложилось к концу Романовской династии), но, наоборот, сможет переломить идущий в постсоветские годы процесс классового и социального расслоения общества, его отрыва от национальных корней и традиций.

Но при всех достоинствах монархии на пути ее восстановления едва ли не главным формальным препятствием лежит проблема выбора монарха. Даже из опросов видно, что большинство тех, кто положительно относится к монархии, не являются ее активными сторонниками только потому, что не видят человека, который мог бы стать монархом.

В 2013 году порядка 6% опрошенных считали, что если самодержавию все-таки суждено вернуться в Россию, то монархом должен стать представитель последней царствующей династии Романовых, а вдвое больше полагали, что это должен быть российский политик или общественный деятель, избранный народом на референдуме.

Кто ищет — тот найдет

На самом деле проблема поиска и избрания монарха не является нерешаемой. Чтобы приступиться к ней, необходимо определиться с двумя вещами: временем и героем.

Понять, что, во-первых, от решения о восстановлении монархии до первого венчания на царство пройдет как минимум два десятилетия и что, во-вторых, нужно перевернуть страницу с Романовыми.

Они внесли огромный вклад в историю России, но при восстановлении монархии уже не могут претендовать на престол. Почти столетнее их отсутствие в России — понятно, что вынужденное, — рождение и воспитание за пределами Отечества сами по себе уже снимают вопрос о реставрации этой династии. Монархия ведь важна и ценна как форма организации жизни русского народа, его отношений со своей землей, историей, Богом, а не приверженностью конкретной династии.

Не нужно спорить, кто больше виноват — Россия перед Романовыми или Романовы перед Россией, — гораздо правильнее вместе искать новую форму государственного устройства. И в этом Романовы могут участвовать. Но не через признание в России так называемого «Императорского дома» во главе с Марией Владимировной, а через участие членов фамилии в подготовке и проведении того самого так и не состоявшегося Учредительного собрания, Земского собора, а по нынешней Конституции — Конституционного совещания, которое бы и могло выработать основы государственного устройства будущей России, Российской империи.

Монарх же может быть выбран из обычной русской семьи, возможно, имеющей некоторое отношение к древним родам, к Рюриковичам или Романовым. Но, главное, принадлежащий к проверенному самим ходом русской истории роду, из которого за последние 200 лет вышли врачи или офицеры, учителя или священники, инженеры или земледельцы, то есть люди, достойно служившие своей Родине при всех сменах строя и испытаниях.

Таких в России много — и нет никаких проблем, выбрав из нескольких подобных семей десятилетних мальчиков, заняться в последующие два десятилетия их воспитанием и обучением как государственных деятелей. Царь — это ведь в первую очередь служение сродни церковному или военному, врачебному или отцовскому, сочетающее все это в одном. Так что успех в создании такой «рабочей», «профессиональной» династии зависит от мощи народного духа и народного же творчества. И, конечно, от Божьего промысла.

На пути к Российской империи должность президента может быть переименована в Верховного правителя, который по мере взросления будущего монарха (с окончательной кандидатурой которого определится Земской собор) станет местоблюстителем, регентом.

В таком ходе событий нет ничего невозможного, если за восстановление, а точнее, учреждение новой народной монархии выскажется русский народ в ходе голосования. Тогда и новая династия появится. Как подчеркивают сами Романовы, все династические вопросы должны решаться «русским народом на родной земле». Не Россия для монархии, а монархия для России. Главное — осознать, что это синонимы.

Петр Акопов

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (2 votes, average: 2,50 out of 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924