Тупики национал-патриотизма1 min read

О статьях священников Александра Шумского и Сергия Карамышева, Стрелкове и патриотической оппозиции Путину …

Анатолий СтепановСтатьи священников Александра Шумского «Скрытый призыв к свержению власти?» и Сергия Карамышева «Вожди патриотического болота на службе либералов», опубликованные недавно на «Русской народной линии», вызвали бурную дискуссию на форуме и в переписке с редакцией. Многие наши читатели задают вопросы об отношении редакции РНЛ к этим публикациям, звучат нередко всевозможные подозрения и обвинения. Поэтому я посчитал необходимым не «молчать загадочно», но прямо обозначить свою позицию по проблемам, поднятым в статьях наших уважаемых авторов.

Прежде всего, напомню одну очевидную, но в пылу полемики часто забываемую истину: позиция редакции по тем или иным проблемам выражается в публикациях, подготовленных от имени редакции «Русской народной линии», или в публикациях главного редактора РНЛ и его заместителей. Все остальные статьи — это выражение личного мнения наших уважаемых авторов, с которыми редакция может в той или иной степени соглашаться или не соглашаться. Но в любом случае — это личное мнение авторов «Русской народной линии». Поэтому, сразу хочу заявить, что звучащие подозрения, что эти статьи инспирированы или заказаны редакцией, не имеют ничего общего с действительностью. Это личная позиция отцов Александра и Сергия.

Смешно читать всевозможные инсинуации на тему заказного характера, «проплаченности» данных публикаций. Я не просто уверен, но точно знаю, что отцам Александру и Сергию никто статьи не заказывал, да и заказать что-то противное их совести никто не сможет. Вызвавшие споры статьи — их искреннее убеждение. Еще смешнее читать обвинения в том, что эти статьи являются политическим доносом. Помилуйте, друзья, господа Владимир Кучеренко (он же Максим Калашников), Анатолий Несмиян (он же Эль Мюрид) и Игорь Гиркин (он же Стрелков) публично на камеру высказывали свою точку зрения, им публично возразили. Какой же это донос?! Хоть бы думали, прежде чем бросать такие глупые обвинения.

А кое-кто даже выдвигает требование (просто обескураживает подобное хамство, не просят люди, а требуют, будто редакция РНЛ им чем-то обязана!) дать слово Стрелкову. Мол, нужна честная дискуссия. Можно подумать, мы запрещаем Стрелкову высказываться! Игорь Всеволодович вообще-то опубликовал свой ответ на своем портале, и все желающие с ним уже давно ознакомились. Нам он свой текст к публикации не предлагал, с какой же стати мы будем его публиковать без его воли и желания?!

Я хотел бы напомнить тем, кто забыл, что РНЛ подробно и с уважением к Стрелкову освещала его действия в Славянске и в Донецке. Мы однозначно поддерживали Стрелкова, когда на него беспардонно нападал Кургинян, и я до сих пор не жалею об этом и считаю, что в тех условиях мы поступили правильно. Более того, у меня были с Игорем Всеволодовичем и личные контакты, это не секрет, хотя я об этом ранее не писал. Когда Стрелков приехал в Москву и делал первые шаги на политическом поприще, я попросил наших общих друзей о встрече с ним. Встреча состоялась, я пытался увлечь Игоря Всеволодовича идеей объединения православно-патриотических сил, подарил ему подготовленную нами энциклопедию «Черная Сотня», услышав при этом, что он искренне разделяет идеи русских монархистов. Я надеялся, что Стрелков с его имиджем народного героя сможет стать во главе реального живого пропутинского общественного движения, поскольку созданные Владиславом Сурковым сверху политические провластные проекты рассыпались при первом столкновении с реальностью. Я пытался предостеречь Стрелкова от контактов с людьми, имеющими сомнительную репутацию в православно-патриотических кругах. Мы очень хорошо поговорили и тепло распрощались, договорившись об обстоятельном интервью для Линии.

Интервью так и не состоялось, на пути неожиданно встали дамы из его ближнего окружения, хотя я лично с Игорем Всеволодовичем договаривался по телефону о встрече и интервью. Один раз он мне лично звонил с одной просьбой. Но постепенно я почувствовал некоторое охлаждение и дистанцирование с его стороны, что, видимо, стало результатом того, что его советниками стали люди, враждебно относящиеся ко мне лично и к РНЛ. После чего я с грустью констатировал для себя, что Стрелков — человек мнительный и подверженный чужим влияниям.

Одновременно с этим я начал убеждаться, что мои надежды на Стрелкова, как патриотического политика, оказались напрасными. Он явно не тянул на роль общественного лидера, окружал себя сомнительными людьми. Начала меняться его риторика. Если раньше он говорил о том, что он поддерживает Верховного главнокомандующего, а борется только против либеральных бояр во власти, а также против своего личного обидчика Владислава Суркова, то затем начал позволять себе публичные выпады уже и против Владимира Путина, а теперь вот и против Святейшего Патриарха. Одновременно Стрелков разругался со своим старым другом и соратником Александром Бородаем, от него ушли многие поддерживавшие его сторонники, что особенно примечательно, ушли все православные из его окружения. И вот теперь можно совершенно определенно сказать: Владислав Юрьевич Сурков как политик оказался сильнее Игоря Всеволодовича Гиркина (Стрелкова).

В конечном итоге Стрелков сегодня, на мой взгляд, потерялся среди массы политических критиков Путина, использующих патриотическую риторику. И вот это, собственно, главная проблема во всей этой истории. Речь вообще-то не только о Стрелкове и не столько о Стрелкове, а о целом явлении патриотической оппозиции Верховной власти. Поэтому по сути, я согласен с позицией, выраженной отцами Александром и Сергием. Наверное, я не стал бы акцентировать внимание на личности Стрелкова, поскольку спорить надо не с лицами, а с идеями, но мы должны признать, что само явление, на которое указали наши уважаемые авторы, существует. Впрочем, я и сам об этом неоднократно говорил в своих публичных выступлениях и личных дискуссиях.

В последние годы мы наблюдаем обострение политической ситуации в России и вокруг России. Это произошло после того, как Глава нашего государства Владимир Владимирович Путин открыто бросил вызов Западу и взял курс на возвращение России суверенитета, утраченного в значительной степени в 90-е годы прошлого века. Рост политической напряженности влияет на расстановку общественно-политических сил, ведет к образованию новых линий политических разломов. Во время «белоленточной эпопеи» для многих неожиданно в лагерь оголтелых либералов-западников откочевали так называемые «русские националисты».

Еще совсем недавно православные патриоты были с ними по одну сторону баррикад, по крайней мере, в неприятии Запада, и вот теперь они в стане врагов России. Я вспоминаю, как еще лет пять назад я с энтузиазмом принимал участие в «русском марше» в День народного единства 4 ноября, куда собирались самые разнообразные сторонники патриотических взглядов, единые в одном — в неприятии либерализма, в противостоянии Западу. В последние годы я перестал участвовать в «русских маршах», поскольку мероприятия эти перестали, на мой взгляд, быть патриотическими. По крайней мере, в отношении к государственной власти позиция участников маршей, тех, кто себя называет «русскими националистами», ничем не отличается от позиции оголтелых либералов. В уходящем году в Москве прошли два «русских марша» под диаметрально противоположными лозунгами по Новороссии, хотя и одинаково враждебные власти. Люди вроде остались те же, но между православными патриотами и так называемыми «русскими националистами» возникла идеологическая пропасть. Кстати, некоторые из лидеров этих самых «русских националистов», как и либералы, стали политическими эмигрантами (Игорь Артемов укрывается в США, Дмитрий Саввин, вроде, в Латвии, самые оголтелые на Украине, причем некоторые даже воюют против русских ополченцев в составе украинских добровольческих батальонов).

Теперь наметилась новая линия раскола в широком патриотическом спектре, — мы наблюдаем, как формируется оппозиция В.В.Путину справа. Снова в ходу тезис о пресловутой «третьей силе». Об этом мне также доводилось писать. На мой вгляд, внутри патриотического движения формируется некая идеологическая группа, позицию которой в отношении к власти и государству уже трудно отличить от позиции либералов, появляется такой неожиданный феномен, как патриот-антигосударственник, патриот-революционер, патриот-враг власти. И это при том, что власть сделала явный крен в сторону патриотизма. Впрочем, такое ощущение, что именно патриотический тренд власти и стал причиной такой реакции части патриотов, как это не парадоксально. А появление этого странного феномена связано с политикой и именем Владимира Владимировича Путина.

В 90-е годы прошлого века у людей патриотического образа мысли сформировалась некая понятная картина политической реальности. Основные ее параметры можно описать так: рычаги власти захватили либералы, они действуют насильственными, едва ли не большевистскими методами, ломают через колено отечественные традиции, унижают все русское, пренебрегают всем национальным, насаждают пагубную либеральную модель общества. Все патриотически настроенные люди были в оппозиции прозападному политическому режиму. Предпринимались даже попытки объединиться с коммунистами в формате Народно-патриотического союза России. Патриота в те времена отличить было просто: он читал газету «День» (после запрета ставшую «Завтра»), журналы «Наш современник» и «Молодая гвардия», если с креном влево, то еще «Советскую Россию», если с креном вправо, то «Русский вестник» или другие православно-патриотическое издания.

Приход к власти Владимира Путина разрушил эту понятную и привычную картину, но не сразу. Поначалу Путин воспринимался как ставленник Бориса Ельцина, его приход к власти объяснялся тем, что задача Путина — «провести предпродажную подготовку России», а потом путем новой приватизации окончательно похоронить Россию. В этом ключе воспрнимались и первые действия Путина. После террористической атаки на Нью-Йорк он поддержал антитеррористическую политику США, не возражал против американской атаки против Афганистана, согласился со строительством американских военных баз в Средней Азии. Взрыв негодования вызвало в среде патриотов затопление нашей космической станции «Мир» в 2001 году, что газета «Завтра» открыто называла предательством национальных интересов, приводя мнение экспертов, что станция еще могла служить. Такой же была реакция на закрытие центра электронной разведки в кубинском Лурдесе и базы ВМФ во вьетнамском Камрани в 2002 году.

Однако постепенно ситуация начала меняться. Путин прижал олигархов, начал возвращать в государственную собственность или передавать в руки близких к власти предпринимателей нефтянку и газ, потихоньку вытеснил из власти идейных неолибералов. Правда, и тогда этим действиям — и изгнанию из страны Березовского и Гусинского, и зачистке зловонного НТВ, и даже посадке Ходорковского — находилось «патриотическое объяснение»: мол, Путин просто перераспределяет собственность в пользу близких к себе олигархов.

Одновременно с концентрацией в руках близких себе людей финансовых и экономических ресурсов Путин начал говорить с Западом жестким языком. Ключевой момент — Мюнхенская речь 10 февраля 2007 года. Однако значительная часть патриотической общественности с трудом расставалась с привычной картиной — у власти враги, для сопротивления им нужна самоорганизация русского народа. Но эти люди на время примолкли.

Вспоминаю одну показательную историю, имеющую прямое отношение к обсуждаемой теме. 3 июня в Центральном доме журналиста в Москве состоялся круглый стол на тему «Уроки Новороссии для будущего России», в котором меня (к моему удивлению, признаюсь) пригласили принять участие. Главным спикером круглого стола выступил известный политолог Степан Сулакшин, а аналитический Центр, носящий его имя, и был организатором мероприятия. Помимо Сулакшина и сотрудников его Центра самой заметной фигурой на этом заседании был Игорь Стрелков.

На круглом столе состоялась примечательная дискуссия, точнее, небольшая перепалка между мною и упомянутыми выше выдающимися деятелями современной патриотической оппозиции. Касалась она как раз оценки политики Владимира Владимировича Путина.

Я сформулировал тезис, что мы — патриотическая общественность — виноваты в том, что не предложили пока власти внятной идеологии. Уже по ходу моего выступления Игорь Всеволодович довольно грубо перебил меня (что как раз свидетельствовало о том, что кто-то (я догадываюсь, кто) что-то «напел» ему про РНЛ), потребовав от меня говорить от своего имени, — что следовало понимать так, что у него-то — у И.В. Гиркина — идеология есть, только вот власть ее игнорирует. А Степан Степанович Сулакшин «почтил» меня пренебрежительной репликой в том смысле, что вот тут некоторые говорят, что нет идеологии, а мы уже давно все разработали, а власть в упор не видит. Честно сказать, ни у того, ни у другого никаких перспективных идей для России я не обнаружил. Но суть дела сейчас не в этом.

В июньском круглом столе, кстати, принимали участие многие известные ученые и общественные деятели, выступающие в публичном пространстве с патриотических позиций. И большинство из них критически оценивали действия Владимира Путина и Кремля в отношении Новороссии. Главная мысль, которая на разные лады звучала в выступлениях, — у Кремля нет стратегического мышления, власть проводит в отношении Новороссии противоречивую политику. Многие приводили убойные аргументы, демонстрировавшие, по их мнению, не просто борьбу «башен Кремля», а настоящую политическую шизофрению в области политики по Новороссии. Собственно тезис о политической шизофрении власти я попытался опровергнуть, что также вызвало недовольство главных спикеров круглого стола.

Мой главный тезис сводился к следующему (я и теперь готов его отстаивать): противоречивые заявления Путина и Кремля в целом — это не «шизофрения власти», не ошибка Путина, — Путин, уверен, не глупее Сулакшина, Стрелкова, Бощенко, Калашникова, Дугина, Сивкова и иже с ними. Эти противоречия имеют фундаментальный характер. Владимир Владимирович Путин с самого своего прихода в Кремль посылал разным политическим силам, разным сегментам общества противоречивые сигналы. С патриотами говорил о служении Отечеству, а с либералами о стремлении к комфорту и защите демократических свобод; народу говорил о справедливости, а олигархов успокаивал, что пересмотра итогов приватизации не будет. Я убежден, что Путин делал все это сознательно, более того, для Путина такие противоречивые сигналы были способом его политического выживания. На протяжении всего пребывания Путина у власти от него требовали предъявить обществу свою программу, но он старательно уходил от конкретики.

Поначалу Путину пришлось идти на серьезные уступки и выполнять те соглашения, которые были достигнуты еще до него (упомянутые затопление станции «Мир», закрытие базы в Камрани, замораживание станции в Лурдесе и т.п.), в результате несколько первых лет американцы были уверены, что они правильно сделали, согласившись с кандидатурой Путина в качестве преемника Ельцина. Когда американцы поняли, что с Путиным они ошиблись, что никакой «предпродажной подготовки» российской экономики он проводить не намерен, а восстанавливает рычаги управления экономикой в иных целях, начались попытки его отстранения. Но Путин как минимум дважды стратегически переиграл американцев. Сначала, когда предложил в свои преемники «либерала» Дмитрия Медведева. Американцы и их агентура в России попытались реализовать сценарий «второй срок Медведева», бросив на это дело даже такого тяжеловеса, как Збигнев Бжезинский, но «ярославское фиаско» 8 сентября 2011 года все расставило на свои места. Кстати, некоторые патриоты постоянно требуют отставки Медведева, по недомыслию не понимая, что пока Медведев олицетворяет российский либерализм, никакой опасности от либерализма России не грозит.

Во второй раз Путин заставил американцев несколько лет накачивать совершенно пустого Навального и всю его белоленточную братию, для этого Путину пришлось смириться и терпеть даже публичные оскорбления, звучавшие в изобилии на белоленточных митингах. Наконец американцы смекнули, что они, говоря принятым сегодня жаргоном, «тянут пустышку», итогом стал досрочный отзыв американского посла Макфола, который был архитектором провальной «белоленточной революции».

Нынешние противоречивые заявления Путина по Новороссии надо понимать как проявление фирменного путинского политического стиля, стремление максимально запутать наших заокеанских «партнеров». А неразумные патриоты требуют от Путина определенности, т.е. чтобы он на радость Западу открыл карты. Думать и наблюдать нужно, учиться, а не требовать от Путина пояснений.

Политическое выживание для Путина, конечно, не самоцель, думаю, у Владимира Владимировича есть куда более важная цель, ради которой он «политически выживает». И эта цель крайне важна не только для национального лидера, но для всей страны, -Путин стремится не допустить втягивания России в войну в невыгодных условиях или, как минимум, максимально оттянуть начало мировой войны. И тут напрашивается сравнение нынешней политики В.В. Путина с действиями И.В. Сталина накануне Великой Отечественной. Резкий маневр Сталина, согласившегося летом 1939 года на пакт Молотова-Риббентропа после многолетней кампании по созданию коалиции против нацистского режима в Германии, далеко не всеми был принят с пониманием. Тогдашней пропаганде пришлось на марше перестраиваться, ведь Германия теперь становилась не поджигателем войны, а дружественной СССР державой, надежным партнером нашей страны. Можно себе представить, что творилось в головах тогдашней элиты. Правда, Сталину довелось управлять страной не в демократические времена своеволия и идейного разброда, поэтому не было никакого сопротивления его курсу.

Сегодня некоторых наших патриотических деятелей поразила какая-то прямо-таки библейская слепота и глухота, они уподобились тем неразумным иудеям, которые, «видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют» (Мф. 13: 1). Критическое отношение к власти, трагическое непонимание Путина продолжается. К примеру, тот же С.С.Сулакшин опубликовал еще месяц назад статью, посвященную проблеме российского «прыжка» в Сирию. Пафос статьи тот же, что и на круглом столе Калашникова, Эль-Мюрида и Стрелкова: у Кремля нет осмысленной внешней политики, В.В.Путин действует импульсивно, у него нет стратегии развития страны. Более того, г-н Сулакшин даже дерзает утверждать, что именно Путин является помехой для проведения «правильной политики»: «Мы вновь видим непредсказуемость, ненадёжность, нестратегичность, авантюрность и непрофессиональность внешней политики России. К несчастью, механизм принятия решений монополизирован и они будут воспроизводиться на уровне подобного качества до тех пор, пока за внешнюю политику отвечает наш президент Владимир Владимирович Путин». Получается, по Сулакшину, если отстранить Путина от внешней политики и поставить кого-то другого, то наступит прорыв. Видимо, тут надо добавить одно непременное условие: если этот другой будет руководствоваться идеями Сулакшина. Что называется, «приплыли»! Устранить Путина — мечта Госдепа и прочих антироссийских сил. А тут выступает человек из патриотического лагеря и говорит о том же!

Как тут не вспомнить популярную накануне революции статью известного депутата Государственной думы, одного из руководителей кадетской партии, видного масона Василия Маклакова «Трагическое положение», в которой он использовал образ безумного шофера, который вцепился в руль и ведет автомобиль в пропасть. По сути, это был плохо завуалированный призыв удалить шофера, т.е. Государя Императора, от руля. Разумеется, во имя спасения Отечества, конечно, из патриотических соображений. Общественность рукоплескала Маклакову… Это потом в 40-50-е годы вышвырнутый из страны, никому не нужный, умиравший в полном одиночестве в Швейцарии, Маклаков выдавит из себя: «Правые были правы», т.е. подпишет смертный приговор своим идеям, своей борьбе против власти. Но никому, кроме историков, это его запоздалое признание уже неинтересно.

Сегодня мы видим, как в новых условиях звучат те же призывы «заменить шофера» или поставить около него комиссара из числа «настоящих» патриотов. История ничему не учит ни Сулакшина, ни Стрелкова, а ведь вроде умные, образованные люди. Одна надежда, что им не удастся своими безумными планами увлечь большое число сторонников.

За всеми этими выступлениями просматривается позиция, которую разделяют многие представители патриотической оппозиции действующей власти. Суть ее коротко можно сформулировать несколькими тезисами: политика власти противоречива, что свидетельствует об отсутствии у власти четкой стратегии (вариант — «научно обоснованной позиции», Центр С.С.Сулакшина нарочито так и называется «Центр научной политической мысли и идеологии»); власть не объясняет гражданам свою стратегию, из чего следует, что целью власти является не то, что декларируется, а некие скрытые от общества корыстные интересы.

Мы наблюдаем, как сторонники патриотических взглядов, которые заявляют о своей любви к Отечеству, демонстрируют негативное или даже враждебное отношение к власти и к носителю верховной власти — Президенту России. Одновременно эти люди в большей или меньшей степени негативно относятся к Русской Православной Церкви, к ее священноначалию. Это проявляется особенно в тех случаях, когда Церковь демонстрирует свою поддержку власти.

Каким термином обозначить эту новую политическую силу, на наших глазах откалывающуюся от патриотического движения и в своем антипутинском дискурсе уже открыто сближающуюся с оголтелыми западниками? Пока трудно предложить подходящий термин, единственное, что приходит в голову — национал-патриоты (быть может, кто-то предложит более ёмкое название). Среди этой оппозиции справа много известных деятелей, выступающих с патриотических позиций, по крайней мере, активно использующих патриотическую риторику. Думаю, во многом их позиция связана с трагическим непониманием Путина, с застарелой национал-патриотической болезнью недоверия к власти, а в духовном смысле с непомерной гордыней «спасителей Отечества», ведь их главная тезис — «мы против Путина, но мы за Россию».

Однако именно таким был лозунг тех генералов и политиков, которые свергали Императора Николая II в феврале 1917 года. Лозунг этот придумали враги России, понимавшие, чем можно соблазнить боевых генералов и офицеров. А вот среди тех, кто его провозглашал, кто его реализовывал, было много людей, трагически заблуждавшихся, жизнью своей заплативших за ту ошибку. Сегодня мы видим, как некоторые патриоты наступают на те же грабли. И опять по причине трагического непонимания Верховной власти. 

Анатолий Степанов, главный редактор «Русской народной линии» 

Продолжение следует.

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Дорогие отцы, братья и сестры!

Просим ваших святых молитв за новопреставленного р.Б. Леонида.

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924