Интервью с А. А. Мановцевым об интернет-дискуссии вокруг екатеринбургских останков1 min read

Андрей Анатольевич МановцевВ связи с возобновлением экспертиз в рамках нового следствия по делу об убийстве Семьи последнего Русского Императора недавно вышла совместная книга публициста А. А. Мановцева и судмедэксперта Ю. А. Григорьева «Екатеринбургские останки: упрямые факты». Представленные в ней очерки аргументированно защищают версию о том, что тела святых Царственных Мучеников и их верных слуг были сожжены в урочище Ганина Яма, а могильник в местечке Поросенков Лог – это умышленно созданная кем-то фальсификация, требующая особого исследования.

Андрей Анатольевич Мановцев –кандидат физико-математических наук, преподаватель математики в вузе и в школе, с конца 1990-х – лектор воскресной школы для взрослых, чья основная тема – святая Царская Семья (одна из лекций, о детстве Царя Мученика, доступна в профессиональной видеозаписи в интернете: http://inform-relig.ru/news/detail.php?ID=14830). С 2010 года А. Мановцев выступает как активный православный публицист – его статьи можно найти на сайте храма Новомучеников и Исповедников Церкви Русской в Бутово, а также в электронном издании «Татьянин день». С 2012 года он не раз публиковал материалы о т. н. екатеринбургских останках, отстаивая позицию недопустимости их признания Царскими мощами.

– Андрей Анатольевич, расскажите, пожалуйста, о себе. Как Вы пришли к Православной вере и как и почему заинтересовались судьбой святой Царской Семьи?

– Два вопроса очень правильно поставлены рядом. Для меня осознание святости Царской Семьи стало словно вторым обращением: впервые за всю жизнь обрел почву под ногами. К вере я пришел уже взрослым человеком, после смерти родителей. Рос в среде научной интеллигенции, православных вокруг не было буквально никого. Так что почувствовать в храме и на молитве совершенно не знакомую ранее благодать оказалось как снег на голову. При этом к Царю я относился пренебрежительно, и в начале 1990-х годов, уже более десяти лет являясь воцерковленным, в штыки принимал разговоры о святости Государя: мол, он сам отрекся, и говорить тут не о чем. Но однажды стало мне стыдно за это… Так что заинтересовался – со стыда!

– На сегодняшний день Вы – наиболее активный участник полемики в СМИ вокруг т. н. екатеринбургских останков. Как давно Вы изучаете эту проблему? Как и на каком основании (общение с людьми, книги, документы, духовный опыт и т. п.) формировалась Ваша точка зрения по данному вопросу?

– В 2010–2012 годах я как публицист активно сотрудничал с интернет-изданием «Татьянин день». Весной 2012 года его главный редактор попросила меня сходить на выставку в Архиве РФ «Гибель Императора Николая II и его Семьи. Следствие длиною в век». В самом названии выставки звучало глубочайшее лицемерие: следствие Соловьева представлялось продолжением дела Соколова! А познакомившись с экспозицией, я пришел просто в ужас: мне, жившему долгие годы при советской власти, стало тошно от знакомого подделывания под истину. Когда же я начал писать довольно резкую статью (выставка названа в ней «целевой презентацией»), то вдруг вспомнил, что у меня есть книга Юрия Григорьева «Последний Император России. Тайна гибели», – тут-то я и собрался наконец-то ее прочитать. И в отношении фальшивости «Царской могилы» поверил Юрию Александровичу абсолютно. Неожиданно удалось найти его через редакцию, и мы с другом съездили специально в Питер ради знакомства с Григорьевым. Так завязались наши отношения. Т. е. тема екатеринбургских останков стала для меня актуальной с лета 2012 года.

При подготовке критических публикаций, касавшихся следствия В. Н. Соловьева, я познакомился с материалами круглого стола 2008 года, на котором В. Соловьев и С. Мироненко дискутировали с А. Степановым, С. Беляевым и др. Критика официальной версии о подлинности останков была содержательной, а ответы на нее – отговорками.

В 2013 году я узнал о книге князя Андрея Кирилловича Голицына «Кому же верить? Правда и ложь о захоронении Царской Семьи», свидетельствующей о полной несостоятельности работы Правительственной комиссии 1990-х годов – «немцовской», как неверно ее называют (Б. Немцов лишь выполнил поручение – оперативно завершил деятельность Комиссии признанием останков Царскими. Только он один и подписался под документом!). Я написал статью «Пора выносить вотум недоверия» – как бы дайджест книги Андрея Кирилловича, благодаря чему мы с ним и познакомились. Именно А. Голицын открыл мне подробности о «Записке Юровского».

Так что известие о новом витке в развитии официальной трактовки событий цареубийства стало для меня приблизительно тем же, как если бы я узнал о перерождении саркомы в доброкачественное образование.

– В одном из очерков в Вашей книге «Екатеринбургские останки: упрямые факты» сказано: «На данный момент версия Н. А. Соколова является единственной аргументированной и исторически обоснованной». Думаю, большинству наших читателей известны лишь имя следователя по особо важным делам Николая Алексеевича Соколова и факт ведения им в начале ХХ века дела об убийстве Царской Семьи. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этом человеке и проделанной им работе.

– Николай Алексеевич Соколов был высококвалифицированным профессионалом в своем деле, отличался необходимыми в нем и дотошностью, и организационными способностями. Зимой 1918–1919 года он бежал из Пензы от большевиков и пробрался в Сибирь к Колчаку. Показательно, что во время этого перехода в местности, занятой красными, он остановился на ночлег у человека, ранее им же как следователем обличенного в преступлении, но «освобожденного» революцией. И тот не только его не выдал, но даже дал ему для маскировки более подходящую – попроще – одежду. Настолько Николай Алексеевич уважительно обращался с преступниками во время следствия!

Будучи представленным Верховному Главнокомандующему, Соколов сразу получил назначение, связанное с расследованием убийства Царской Семьи. Это произошло в марте 1919 года. До него следствие велось недобросовестно, а Николай Алексеевич менее чем за пять месяцев (в июле 1919 г. Екатеринбург снова заняли красные) собрал огромный материал и во Франции, куда ему удалось эмигрировать, продолжил работу, вплоть до своей таинственной кончины в 1924 году.

Он был убежденным монархистом. И если такой человек представил вдовствующей Императрице Марии Феодоровне, матери Государя, доклад, в котором сказано о сожжении тел узников дома Ипатьева на Ганиной Яме, – то это означает, что он никоим образом не сомневался в собственных выводах.

– Но сейчас сторонников заключений Н. А. Соколова упрекают в «непримиримой позиции», в том, что «для них важнее не истина, а их собственное мнение»…

– Человека, верного своей жене, тоже можно обвинять в непримиримости. Упреки в адрес тех, кто не изменяет своим выношенным убеждениям, – это всего лишь желание навесить ярлык, перевернуть все с ног на голову; старый демагогический прием. На стороне Соколова – документы и факты. Взять хотя бы найденные им на Ганиной Яме разрубленные драгоценности – как и многое другое, этот неоспоримый (и столь же «неудобный»!) факт замалчивается. А те, кто, образно выражаясь, размахивая флагом, кричат: «Мы за истину!» и в то же время пытаются убедить нас в своем благорасположении, мнимой дружественности – они лишь обнаруживают свою двуличность и неискренность.

– Андрей Анатольевич, лично мне импонирует, что в своих изысканиях следование строгим фактам Вы ставите выше некоего самовыражения, свойственного многим современным авторам, и возможным субъективным оценкам предпочитаете конкретные детали. При этом Ваши оппоненты по большому счету придираются к словам, а не возражают по существу. Что Вы думаете о проходящей сейчас интернет-дискуссии? Каковы ее цели, особенности, недостатки, положительные моменты и плоды на данном этапе, а также предполагаемые итоги?

– Честно говоря, я весьма удивился публикации на портале «Православие.ру» своих довольно резких высказываний. Сначала у меня – опять же, как у бывшего советского гражданина – возникло сильное подозрение, что это делается лишь для галочки, для отвода глаз, а в конце концов все равно как захотят, так и поступят. Ведь главная особенность сей дискуссии – отсутствие диалога. Каждый поет свою арию или солирует в дуэте – как в опере! И если открытость – несомненно, момент положительный, то на единственно правдивый итог, а именно – полное избавление, очищение Церкви от навязанного ей наукообразного соблазна в деле признания или непризнания мощей – можно ли иметь надежду? Однако теперь (к своему удивлению!) я стал смотреть на происходящее даже несколько оптимистичнее. При явной лжи «Записки Юровского» объявить останки Царскими скорее всего постесняются. Хотя и признать, что серьезные научные исследования работали лишь на ложь – постыдятся также. Вот и выдадут что-то несуразно-среднее и как бы приличное с виду. Но это, разумеется, не «Царский путь».

– В беседе с Л. Болотиным, давним исследователем Царского Дела, я поинтересовалась его мнением о Вашем вкладе и участии в ситуации, сложившейся вокруг екатеринбургских останков. Он отметил: «Важно, что Андрей Анатольевич Мановцев своей просветительской деятельностью в Екатеринбурге и принципиальной позицией существенно восполняет уход в мир иной моего друга – Анатолия Михайловича Верховского». Расскажите, пожалуйста, об этом человеке. Были ли Вы лично знакомы? Повлиял ли он как-то на Вас? Как вообще обстоит ситуация с единомышленниками?

– О! Оценка Леонида Евгеньевича слишком высока, можно сказать, смущает меня. Об Анатолии Михайловиче Верховском я, к стыду своему, узнал совсем недавно. Это был подвижник, герой, без которого (а я и не знал! И многие, очень многие не знают!) немыслима история почитания Царственных Страстотерпцев в России конца ХХ века. Говорить о нем мельком – нехорошо. С Вашего позволения, мы приведем интернет-ссылку на публикацию памяти Анатолия Михайловича: http://nashaepoha.ru/?id=6331&lang=1&page=articles.

Опосредованно, конечно, Анатолий Михайлович на меня повлиял. А непосредственно – горячей поддержкой, добрым словом, помощью, советом – очень повлияла его вдова, Светлана Николаевна Верховская, которая сумела найти меня весной, в связи с первой моей публикацией по данной проблеме, а именно – размышлениями по поводу доклада владыки Тихона (Шевкунова) на конференции в Сологубовке (http://segodnia.ru/content/186699).

Что я могу сказать о единомышленниках? Активных, к сожалению, мало. Т. е. я совершенно не предполагал оказаться среди «самых». Но просто единомышленников – очень много! В храме подойдут и спросят: это Вы такой-то? – ну, да. И так благодарят, что прямо светло на душе становится.

– Как Вы считаете, чем опасно признание Царскими мощами останков, которые таковыми не являются? Как это может повлиять лично на признавших, на наши Церковь и государство и, возможно, на мировые процессы? Связано ли расследование убийства Царской Семьи и раскрытие правды о нем с проблемой восстановления Монархии в России?

– Вспомним, что было через месяц после захоронения ложных останков в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга – кризис! А сейчас, если их признает и Церковь? На мой взгляд, это станет прежде всего дурным прецедентом ее несамостоятельности (хуже, чем при атеистической власти), выполнения Церковью «заказа со стороны», а что с недоброй стороны – догадаться нетрудно. Каким политическим или финансовым сообществам это нужно – сразу не ответишь. Но понятно, что организатор «троянского коня» (как называл проблему останков А. М. Верховский) – «князь, господствующий в воздухе» (см.: Еф. 2, 2).

К сожалению, очень часто среди церковных людей – даже порой среди почитающих Царственных Мучеников – можно встретить безразличное отношение к этому вопросу: мол, тут дело науки… Но так обличается недостаток любви к самым родным для нас святым – Царской Семье. Они нас любят и открыты для любви, а тут все кости и ДНК, ДНК и кости! Если бы верное и глубокое отношение к Царской Семье прочно укоренилось в народе, то и в голову никому бы не пришло рассматривать всерьез версию, исходящую от цареубийц! И так же как цареубийство совершилось, несомненно, по безразличию народному (большевики распускали слух о расстреле Царя, когда он был еще жив, и реакции не последовало!), то и глумление над памятью Царственных Страстотерпцев попускается все той же народной отстраненностью (конечно, я и скандальный фильм имею в виду).

Когда все это выправится? – Бог весть. И о какой же Монархии тут говорить? Как заметил однажды П. В. Мультатули (Русский историк и публицист, правнук старшего повара Императорской кухни Ивана Харитонова, убитого вместе с Царской Семьей. – Примеч. ред.), «Государь может править только верноподданными». Тут – не отчаиваясь – можно думать только так: есть закваска любви к России настоящей (которую олицетворяют Царственные Мученики), и – уже невытравимая, непобедимая. А значит, от нас нужна только верность.

– Ваш прогноз на будущее и пожелание всем интересующимся Царским Делом сотрудникам и читателям «Православного Креста»?

– Если говорить о признании екатеринбургских останков Царскими, то, как я уже отметил, мне думается, этого не будет. Официальные лица каким-то образом постараются выйти из создавшегося неловкого для них положения, ну и как-то уж выйдут. Но поврежденность народной души этой темой останется: скверна сразу не сходит. Нужно не смущаться и покрепче молиться нашим самым родным святым. Во исполнение заповеди Господней: Да не смущается сердце ваше и да не устрашается (Ин. 14, 28).

Беседовала Анна Самсонова

Источник:газета «Православный Крест», № 22 (190)

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Дорогие отцы, братья и сестры!

Просим ваших святых молитв за новопреставленного р.Б. Леонида.

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924