«Побеждая — непобедим был…» Николай Кокухин2 min read

Рассказ о святом благоверном князе Александре Невском, спасителе Земли Русской.

I

Святой князь Александр Невский. Мозаика северного киота храма Спаса-на-Крови.Невский проспект остался позади, и я вышел на просторную, округлой формы, площадь, посредине которой возвышалась крупная мужественная фигура всадника-воина на сильном и горячем коне, который находился, однако, в полном послушании у своего хозяина. Скульптура была утверждена на высоком гранитном пьедестале. Для меня не было секретом, что этот воин — святой благоверный великий князь Александр Невский, небесный покровитель и защитник не только Санкт-Петербурга, но и всей России.

Он уверенно стоял на стременах, а его взгляд, смелый и решительный, был устремлен вперед, туда, где очень скоро ему предстояло очередное сражение с супостатом; на его голове был прочный шлем, фигуру облегал железный панцирь; чуть сзади, с левой стороны — большой надежный щит с изображением барса, а ниже — длинный, могущий сокрушить любого супостата меч в верных ножнах с удобной ручкой; в левой руке он держал длинное и острое копье, а правую откинул в сторону — этот властный державный жест ясно и недвусмысленно говорил о Руси как о славной православной державе, которую не одолеть ни одному врагу — ни сейчас, ни позже, — никогда. И о том, что он, благоверный князь, является ее верным и надежным защитником.

Фигура князя дышала отвагой, энергией и несокрушимой внутренней мощью.

-Благоверный княже Александре, благослови меня на пребывание в Лавре, которая носит твое святое имя, — сказал я и вошел под своды надвратной церкви.

Миновав небольшой мост через реку Монастырку (ее воды были иссяня-черные), я оказался на территории Лавры. Меня поразило обилие цветов как около братского корпуса, так и в других местах, мне показалось, что я попал в Эдемский сад, где живут Ангелы и где никогда не смолкают сладкозвучные напевы. Большие окна братского корпуса отражали лучи послеполуденного солнца. Рядом возвышался Благовещенский храм, похожий на многопалубный океанский лайнер, готовый вот-вот выйти в дальнее многодневное плавание.

Я посмотрел на часы: у меня была назначена встреча с отцом Львом (Чихириным), заведующим Лаврской канцелярией; я несколько раз звонил ему из Москвы, и он обещал познакомить меня с Лаврой. Я встретил его около Троицкого собора. Это был высокий монах лет тридцати трех-тридцати пяти в строгой темной одежде, с открытым приветливым лицом и внимательными серьезными глазами.

-Рад вас видеть, — сказал он. — Все складывается весьма удачно: сейчас подойдет группа старшеклассников одной из школ нашего города, и я проведу для них экскурсию. Вы не против присоединиться к нам?

-Конечно, нет, — согласился я.

-Мы готовимся к важному духовному юбилею: через несколько лет исполняется 800 лет со дня рождения благоверного князя Александра Невского. В связи с этим приток паломников в нашу обитель увеличился в несколько раз.

Через минуту-другую подошла довольно большая группа юношей и девушек; с ними был классный руководитель Илья Николаевич Быстров, среднего роста мужчина предпенсионного возраста, в сером в продольную полоску костюме и неброском галстуке.

 Мы вошли в собор, который удивил нас красотой и благолепием, а также своими размерами, и остановились в правом приделе.

-Перед вами, мои юные друзья, величайшая святыня Вселенского Православия — рака с мощами святого благоверного князя Александра Невского. О нем я и поведу свой рассказ, — начал отец Лев. — Александр Невский — один из самых славных сынов нашего Отечества. Он жил в тринадцатом веке. Это было очень  трудное время: Русь изнывала под владычеством татарских орд, которые во время частых набегов сжигали дотла города и села, а взрослое население уводили в плен; с запада грозили войной и разорением немецкие рыцари и шведские полчища. Ситуацию усугубляло то, что между русскими князьями не было единства, они постоянно враждовали друг с другом, желая захватить побольше земель, — а все из-за своей гордыни и чванства. На кон было поставлено само существование нашего Отечества.

Святой Александр родился 30 мая 1221 года в Переяславле (ныне г. Переславль-Залесский). С юных лет его отец — князь Ярослав — готовил сына к ратному поприщу, так как считал, что он должен быть не только воином Христовым, но и воином земным. Александр в совершенстве владел копьем, мечом, был умелым наездником, показывая пример своим сверстникам.

Молодой воин сопровождал своего отца во всех ратных походах. Когда ему исполнилось четырнадцать лет, он принял боевое крещение — участвовал в битве против немецких рыцарей.

II

В 1240-м году шведский король Эрих послал в русские владения большое и хорошо вооруженное войско, которое возглавил его ближайший родственник, опытный полководец Биргер. Он отправил к Александру своих послов с дерзким посланием: «Я разорю твою землю, а мужчин, женщин и детей сделаю рабами. Если можешь, защищайся».

 Святой Александр не испугался, несмотря на то, что у него была небольшая дружина, а его отец находился далеко от Новгорода и не мог оказать сыну какую-либо помощь. Все свое упование Александр возложил на Господа Бога. Он вошел в храм святой Софии и помолился такими словами:

Многомилостивый Господи! Нечестивый Биргер хочет пролить неповинную кровь христианскую и истребить веру наших отцов. Да не будет этого! Помоги нам, верным рабам Твоим ,защитить нашу родную землю и прогнать поганого врага восвояси, чтобы неповадно было ему вторгаться в чужие пределы.

После этого Новгородский владыка Серапион благословил князя и уверил его, что победа непременно будет за ним.

Александр раздал щедрую милостыню всем нищим, которые стояли у паперти, и, сойдя по ступенькам вниз, обратился к своей дружине:

-Не в силе Бог, а в правде! А правда на нашей стороне, потому что мы никому не угрожаем и лишь защищаем свою землю, своих жен и детей, всех нищих и обездоленных.

Молитва благоверного князя была услышана. Опытный воин Филипп, хорошо знавший местность, стоял в ночном дозоре. Когда забрезжил рассвет, он увидел на реке ладью; в ней находились два витязя в багряных облачениях, один из них сказал: «Брат Глеб, прикажи грести быстрее, поспешим на помощь сроднику нашему Александру Ярославичу». Филипп понял, что это были святые страстотерпцы, благоверные князья Борис и Глеб. Он, не медля, рассказал об этом своему предводителю. Ободренный этим чудом, святой Александр приказал срочно трубить сбор и выступил со своей дружиной в поход.

Шведы не ожидали нападения русских, полагая, что молодой князь пребывает в растерянности и страхе и еще только собирает свое слабое ополчение. Успех сопутствовал русской дружине, воины показывали чудеса храбрости. Сам Александр был в первых рядах сражавшихся, поражая врага направо и налево — вот когда пригодилась выучка, полученная в юные годы. Вдруг перед ним, как из-под земли, предстал полководец Биргер. Александр не растерялся и молниеносным ударом ранил его. Телохранители подхватили Биргера под руки и побыстрее увели с поля боя, опасаясь за его жизнь.

 Один из русских дружинников, проникнув в стан врага, подрубил шатер Биргера, приведя в замешательство его охрану; другой по сходням въехал на коне на шведский корабль, вызвав страшный переполох; затем прыгнул с конем в воду, вернулся на поле сражения и продолжал поражать супостата; третий, настоящий былинный богатырь, крушил шведов огромным топором; один взмах, другой — и враги, словно снопы, падали к его ногам; много таких «снопов» осталось на поле брани.

К вечеру битва была закончена. Шведы потерпели сокрушительное поражение, малые остатки позорно бежали. Их потери исчислялись тысячами, русские не досчитались всего двадцати воинов.

Ангелы Божии незримо помогали русскому воинству. На другом берегу реки Ижоры, куда не могли пройти бойцы святого Александра, было обнаружено множество неприятельских трупов.

Победители вернулись в Новгород, их восторженно приветствовали жители — и стар, и млад, хлебопеки и кустари, кузнецы и рыбаки.

Благоверный князь и его сподвижники прежде всего вошли в храм святой Софии и, преклонив колена, воздали благодарение Господу, Который не посрамил их надежд и помог поразить гордого супостата.

За эту победу народ назвал святого Александра Невским.

III

-Поистине пламенная вера была у святого Александра! — воскликнул Илья Николаевич.

-Таким воспитали его родители, — сказал отец Лев.

— Именно она, эта пламенная вера, вела его на подвиг!

-Вера — это самое важное и самое ценное, что есть у русского народа. Это стержень, на котором до сих пор держится матушка-Россия. Вера для нас — это все!..

-Я как учитель и верующий человек делаю все для того, чтобы юноши и девушки, — Илья Николаевич кивнул на своих подопечных, — узнали Бога и полюбили Его.

-Да поможет вам в этом благоверный князь Александр!

-Скажите, пожалуйста, что означает слово благоверный? — обратилась к о. Льву Надя Кириленко, полная смуглая девушка с гладко причесанными волосами.

-Благоверный — это человек, который исповедует истинную православную веру. Александр Невский как раз и был таким человеком… Продолжим наше повествование. Новая гроза надвигалась на Русскую Землю, на этот раз в лице немецких рыцарей. Воспользовавшись тем, что Александр на некоторое время покинул Новгород, они осадили Псков. Горожане упорно защищались, и неизвестно, чем бы закончилось противостояние, если бы не предатель, который тайно, под покровом ночи, впустил рыцарей в город. Немцы, установив свои порядки и законы, решили обратить жителей в католичество.

На помощь Пскову поспешил со своей храброй дружиной Александр Невский. Решительным штурмом он освободил город. Враг побежал, князь его преследовал. 5 апреля 1242 года на льду Чудского озера произошла знаменитая битва, вошедшая в историю как Ледовое побоище.

Накануне сражения Александр помолился такими словами: «Всеблагий Господи! Новый враг пришел на нашу землю. Помоги  одлолеть его, как в древности Ты помог Моисею одолеть амалика, а пророку Давиду — чванливого Голиафа. Да будет с нами Твоя святая воля. Аминь».

Немецкие рыцари выстроились клином («великой свиньей»), их вел патриций Ливонского ордена Зигфрид фон Марбург. Рыцарский клин, пробив строй русской пехоты, неожиданно остановился, так как перед ним был крутой берег. По флангам «великой свиньи» ударила русская конница, и рыцари оказались в окружении.

Произошла грозная сеча. Треск ломавшихся копий, удары мечей по железным доспехам немецких рыцарей, стоны раненых, крики нападавших и защищавшихся — все слилось в невообразимый шум; в довершение всего лед под тяжестью коней и железных доспехов врага проломился, и рыцари дюжинами тонули; лед покрыла вода, но еще больше было крови.

Вот как описывает эту битву летописец: «Очевидец поведал мне, что видел воинство Божие в воздухе, пришедшее на помощь Александру. И так победил врагов помощью Божией, и обратились они в бегство, Александр же рубил их, гоня, как по воздуху, и некуда было им скрыться».

Несметное множество рыцарей было взято в плен; от многочисленного и грозного войска не осталось и следа.

Это была победа всемирно-исторического значения. Ледовое побоище навело такой страх на западных врагов, что они уже не помышляли о походах на Русь, а стремились побыстрее заключить с нею мир, причем на самых невыгодных для них условиях. А имя святого Александра прославилось не только по всей Руси, но и «по всем странам, до моря Египетского и до гор Араратских, по обе стороны Варяжского моря и до великого Рима».

«Побеждая — непобедим был…» — так охарактеризовал святого воина летописец.

-Громкая слава, мне кажется, нисколько не повредила  смиренной душе князя Александра, — сказал я. — Ведь он был прежде всего истинный христианин.

-Вы совершенно правы, — согласился о. Лев. — Александр не был бы Александром, если бы возгордился и стал важничать, свысока смотря на своих подчиненных.

-Дальнейшая его жизнь только подтвердила необыкновенную красоту его души.

-А задачи, которые встали на повестку дня, были не только не легче, но в несколько раз сложнее. Слух о знаменитом русском князе и об его удивительных победах достигли Золотой Орды. Хан Батый захотел увидеть его лично.

-Бог покорил мне многие народы, неужели ты один не хочешь покориться? Если хочешь сохранить свою землю, приходи ко мне на поклон.

Такое дерзкое послание отправил он святому Александру.

Ослушаться было нельзя. Князь понимал, что если он не поедет в Орду, то вызовет гнев хана, и тот предпримет новый поход на Русскую Землю и предаст ее огню и мечу, и много народу погибнет. Сопротивляться с оружием в руках не имело смысла — Русь была еще очень слаба.

Перед поездкой он тщательно исповедовался и причастился Святых Христовых Таин и получил благословение митрополита Кирилла.

Невеселые мысли сопровождали Александра в пути. Русские князья, приезжавшие в Золотую Орду, должны были поклониться идолам, теням умерших ханов, пройти через «очистительный» огонь. Будучи христианами, они не соглашались выполнять унизительные требования монголо-татар и принимали смерть. Отец святого Александра, хотя и заключил союз с Батыем, был отравлен, когда прибыл к нему во второй раз.

 Александр ехал почти на верную смерть. В Орде ему предложили поклониться мерзким языческим кумирам.

-Я христианин, — возразил он, — и мне не подобает поклоняться твари.

Спокойный, твердый ответ поразил служителей хана. Но еще больше они были удивлены, когда Батый, услышав о поступке русского князя, вместо обычного в таких случая распоряжения «смерть ослушнику», приказал привести его к себе.

Александр, войдя в шатер Батыя, положил перед ним поклон, а потом сказал:

-Я поклонился тебе потому, что Бог почтил тебя царством, но идолам я никогда не кланялся и никогда кланяться не буду. Я служу Единому Богу и только Ему кланяюсь.

Батый долго любовался высоким, статным, мужественным, необыкновенно красивым князем. Обратившись к своим подчиненным, он сказал:

-Правду мне говорили — нет князя, равного Александру.

Хан одарил святого князя многими и богатыми дарами и отпустил с миром.

Русская Земля была спасена от опустошительного монголо-татарского набега.

Правда, Александр не знал, что ему придется еще несколько раз приезжать в Золотую Орду — не военным стратегом, а искусным дипломатом.

IV

-Святым Александром руководила в стане Батыя непоколебимая православная вера, — сказал светловолосый, крепко сложенный юноша с карими глазами и правильным, словно выточенным подбородком.

-И она, только она, помогла ему выйти победителем в трудном поединке с ханом, — добавил о. Лев. — Тебя как зовут?

-Александр Новиков.

-Значит, тезка святому. Давно стал верующим?

-С детства. Я родился в верующей семье.

-Тебе здорово повезло. Наверняка святой Александр является твоим небесным покровителем?

-Так оно и есть.

-Часто бываешь в нашей Лавре?

-Бываю и на всенощном бдении, и на Литургии.

-Молодец. На юбилей обязательно приходи.

-Постараюсь.

-Продолжаю мой рассказ. Вера помогла святому Александру решить и другие трудные проблемы, а их по-прежнему было немало.

В 1248 году в его владения явились два латинских кардинала — Галд и Гемонт.

-Что привело вас в Русскую Землю? — осведомился у них Александр.               

-Мы прибыли сюда по поручению римского папы Иннокентия IV, которому поклоняются все народы и слава о котором гремит по всей Вселенной, — ответили послы.

-Почему он обратил внимание на меня, человека грешного и ничем не приметного?

-Напротив, папа о вас самого высокого мнения. Он посылает вам свое благословение и желает вам и вашему народу многих безоблачных дней.

-Неужели только ради этого вы проделали столь долгий путь и претерпели множество лишений и неудобств?

-Нас вела великая цель, — сказал Галд и, чтобы придать веса своим словам, выпрямил тонкий торс, разгладил усы и сильнее сжал бескровные губы.

-Какая же?

-Папа желает, чтобы вы лично, а с вами и весь народ приняли католичество — вы окажетесь под защитой и покровительством  наместника Бога на земле — великого и безгрешного Иннокентия IV.

-Только и всего? — В голосе Александра сквозила заметная ирония, которую Галд, кажется, не замечал или не хотел замечать.

-Папа оградит вас от всех зол, и вам останется только одно -процветать во веки веков.

-Ого!

 -Латинская церковь — самая лучшая в мире, — продолжал Галд, — истина содержится только в ней.

-Я в этом сильно сомневаюсь, — с еще большей иронией заметил Александр.

-Почти весь мир исповедует католическую веру. Если и вы станете католиком, то папа будет считать вас самым лучшим и самым великим среди католических государей.

-Лучше я останусь православным правителем.

-Вы ведь любили своего отца? — вступил в разговор Гемонт, внимательно следивший за выражением лица русского князя.

-Я и сейчас его люблю.

-Похвально, — сказал Гемонт и, чуть понизив голос и придав ему большую доверительность, добавил: — Ярослав Всеволодович хотел подчинить Русскую Церковь римскому папе и только преждевременная смерть помешала ему исполнить это намерение. Почему бы вам не пойти по стопам вашего дорогого родителя?

Глаза благоверного князя грозно сверкнули.

-Вы нагло лжете! — громко воскликнул он, и в его голосе незваные гости услышали такие нотки, которые не предвещали им ничего хорошего. — У моего отца никогда не было таких глупых намерений, потому что он был верным православным христианином. Вам не удастся, сколько бы вы ни старались, ввести меня в заблуждение. Я не верю ни одному вашему слову. Русь была православной, православной и останется! А в вашем учении мы не нуждаемся и никогда не примем его. Передайте вашему папе, что он лелеет совершенно напрасные мечты. А что касается вас, то вы напрасно потеряли время, ваши усилия не стоят и выеденного яйца. Мне даже жалко вашей обуви, которая сильно поистрепалась во время долгого пути.

Кардиналы заметно сникли и, не поднимая глаз, удалились из покоев князя.

-На лжи далеко не уедешь, — заключил Илья Николаевич. —  Батюшка, расскажите, пожалуйста, как развивались события после отъезда кардиналов?

-Весьма драматично. Запад снова взялся за оружие: один поход на Русь следовал за другим. Но князь Александр со своей отважной дружиной давал им такой отпор, что они не знали, куда бежать. Шведы в союзе с финнами сделали очередную попытку овладеть финским побережьем. Александр выступил против них. Поход проходил в очень трудных зимних условиях, трещали сильные морозы, метель слепила глаза; по словам летописца, это был «темный поход», так как стояла полярная ночь. Русские воины, привыкшие и к морозам, и к другим погодным «сюрпризам», успешно завершили финскую компанию и с победой вернулись домой.

V

После смерти хана Батыя (это произошло в 1256 году) во главе  Золотой Орды стал его сын Сартак. Русский князь очень скоро познакомился с ним. Но прежде чем поведать об этой важной встрече, я скажу несколько слов об Андрее Ярославиче, который был родным братом Александра.

Он, Андрей Ярославич, занимал в то время великокняжеский престол. В отличие от своего серьезного брата, он, к сожалению, был человеком весьма легкомысленным: много времени уделял разного рода развлечениям, сорил деньгами, не заботился об укреплении власти, окружил себя подхалимами и доносчиками. Но самым главным его недостатком было то, что он не сумел, да и не хотел выстроить свои отношения с Золотой Ордой. Он не признавал по сути ее власти над собой, презрительно отзывался о хане, не желал платить дань, прогоняя, а иногда и убивая татарских баскаков. Сартак долго терпел, надеясь, что Андрей образумится и будет вести себя как положено татарскому даннику, но в один прекрасный день его терпению пришел конец, и он отправил во владения мятежного князя большой карательный отряд.

Услышав об этом, Андрей страшно перепугался. Будучи заурядным трусом, он дал стрекоча: побежал в Новгород, прося защиты, но новгородцы его не приняли, и он побежал дальше — в Швецию.

Между тем карательный отряд приближался к Владимирской земле. Это означало, что очень скоро запылают русские города и села, прольется неповинная кровь, мирные жители — мужчины, женщины и дети — сложат свои головы.

Князь Александр не мог этого допустить и срочно выехал в Золотую Орду. И опять Господь устроил все во благо.

Сартак был примерно такого же возраста, как и Александр. Когда он увидел русского князя, красивого и смиренного, его добрую улыбку, услышал его мудрую и рассудительную речь, отметил про себя его умение естественно и достойно держаться, то не мог, со своей стороны, не отдать гостю дань уважения, радушия и восточного гостеприимства. Они стали друзьями, можно сказать, в считанные минуты; не могли наговориться днем и продолжили свою беседу вечером. Их взгляды на многие вещи удивительным образом совпадали, их желание дружить и дальше не вызывало сомнений.

-У нас, славян, есть такой обычай: дать клятву на вечную дружбу, — сказал Александр. — Хочешь стать моим побратимом?

-Да, — легко согласился Сартак.

-Нашу клятву мы подтвердим тем, что обнимемся.

С этой минуты они стали названными братьями.

-Саша, — обратился о. Лев к юноше, — как ты считаешь, правильно поступил благоверный князь Александр?

-Конечно.

-А если бы ты был на его месте, то что бы сделал? — с улыбкой спросил о. Лев.

Юноша, поняв шутку, ответил:

-Поступил бы точно так же.

Побратимство князя и хана отразилось на их народах: Русь и Золотая Орда стали, выражаясь современным языком, равными партнерами, и никто не превозносился один над другим.

Александру удалось безо всякого труда (разве можно отказать лучшему другу?) улучшить положение Церкви: теперь никто не мог под страхом смерти насмехаться над православной верой, над священниками, наносить вред храмам и часовням. Ханские ярлыки освободили духовенство от всех видов дани и всех повинностей в пользу Орды.

Карательному отряду хан приказал немедленно возвращаться домой — Русь была спасена от очередного опустошительного набега.

Сартак вручил Александру ярлык на великокняжеский престол; теперь под его началом были все русские земли — Владимирская, Новгородская и Киевская. Это был не почет, а большая ответственность. Александр это хорошо понимал. Вернувшись в родные пределы, он с головой погрузился в новые заботы: стал «воздвигать церкви, города отстроил, людей, разогнанных войнами, собрал в дома их. Не прельщаясь богатством, не забывая о крови праведников, сирот и вдов, — по правде судил;  милостив, добр был для домочадцев своих и радушен к приходящим из чужих стран».

Между тем на Русь пришла новая беда, теперь совсем с другой стороны. Дань, которую взимала монголо-татарская знать с русского населения, была весьма значительной. Но ей хотелось увеличить доход. С этой целью она решила провести перепись населения. Эта мера народу не понравилась, да и как могла понравиться, когда люди и так изнывали от непосильных поборов.

Александр понимал, что отказ от переписи вызовет гнев Золотой Орды, и тогда не избежать новых притеснений, поэтому убеждал народ покориться и не выступать против. Население Владимиро-Суздальской Руси вняло благим советам князя, и здесь перепись прошла спокойно.

Другое дело — новгородцы. Когда они узнали о намерениях Орды, то взбунтовались.

-Мы вольные люди, — кричали они, — и под властью нечестивцев никогда не были! С какой стати будем отдавать наше кровно нажитое добро? Умрем за святую Софию и за домы Ангельские (то есть монашеские обители)!

Брожение нарастало с каждым днем. К бунтовщикам примкнул новгородский князь Василий.

Дело принимало крутой оборот, и Александр поспешил в Новгород. Узнав об этом, Василий, боясь гнева отца, убежал в Псков.

 Александр, появившись на очередном бурном вече, сказал:

-Мир для Руси дороже, чем дань, которую вы будете платить. Будьте благоразумны, и Господь помилует вас. Если же не послушаетесь, то навлечете страшную месть врага, и все погибнете.

Однако новгородцы не вняли доброму совету благоверного князя и продолжали бунтовать. Тогда Александр силой подавил мятеж, казнив самых ретивых зачинщиков. После этого он приказал доставить к нему собственного сына. Преподав ему должное наставление и лишив новгородского княжения, он отправил его в Суздальскую Русь.

-Илья Николаевич, — сказал о. Лев, — как вы думаете, правильно поступил святой Александр, силой усмирив неразумных новгородцев?

-Это был единственно правильный ход, — ответил классный руководитель. — Он думал и заботился обо всей Русской Земле, а новгородцы — только о своих корыстных интересах; Александр мыслил как государственный муж, а новгородцы — как шкурники.

VI

Вскоре Александру пришлось совершить очередную поездку в Золотую Орду. Ситуация там круто изменилась: Сартак был отравлен, новым ханом стал его дядя — Берке. Как сложатся с ним отношения? Как он поведет себя? Что ожидает Александра и других русских князей? На все эти вопросы могла дать ответ только личная встреча с ханом.

  Результаты визита превзошли все ожидания: мирные дружественные отношения между Ордой и Русью сохранялись и дальше; князь Александр и хан Берке заверили друг друга в искреннем уважении и личной симпатии.

А самое главное, в Сарае, столице Золотой Орды, была учреждена епархия Русской Православной Церкви, что стало возможным благодаря усилиям благоверного князя Александра и митрополита Кирилла.

 Это событие открыло новую эру в отношениях с монголо- татарами. Многие, очень многие жители Орды, в том числе и вельможи, приняли Таинство Крещения и стали христианами. В их числе был и царевич Петр, племянник хана Берке. Он прибыл в Ростов и основал на озере Неро монастырь во имя первоверховных Апостолов Петра и Павла. Петр женился на дочери одного ордынского вельможи, который жил в Ростове; Господь даровал царевичу несколько детей; он умер в глубокой старости, угодив Богу глубоким смирением и добрыми делами. Перед смертью Петр был пострижен в Ангельский чин. Позже Русская Православная Церковь причислила его к лику святых.

Корни многих знаменитых русских родов уходят в Золотую Орду. Чет-Мурза, основавший в Костроме Ипатьевский монастырь, стал родоначальником Сабуровых и Годуновых. От внука Мамая Олексы идут бояре Глинские. Предками Аксаковых, Кутузовых, Апраксиных, Бахметевых, Шереметевых, Тютчевых были крещеные в Сарайской епархии ордынские вельможи.

В Золотой Орде стали строиться православные храмы, часовни, монеты чеканились с изображением Божией Матери, смягчались дикие нравы, все большее распространение получали православные обряды.

-А могла ли вся Золотая Орда стать христианской? — спросила Елена Киселева, стройная ладная девушка с пышной прической,  длинными ресницами и тонко очерченным ртом.

-Могла, но, к сожалению, не стала, — ответил о. Лев.

-Почему?

-Помешали раздробленность русских княжеств, упадок народного духа и большой недостаток миссионеров. Прошло совсем немного времени (это произошло уже после смерти святого Александра), и монголо-татарская империя приняла мусульманство.

Русский народ по-прежнему с большим напряжением, если не сказать больше, нес нежелательную повинность — выплату ежегодной дани, которая все время увеличивалась. Недовольство постепенно росло, и в 1262 году выплеснулось через край: во многих русских городах были убиты ненавистные баскаки. Золотая Орда таких вещей не прощала — карательные отряды подвергали бунтовщиков страшной мести.

И снова князь Александр отправился в Сарай. Мудрому князю удалось смягчить сердце хана, и мести не последовало. Более того, по совету Александра хан Берке перестал посылать обычную дань в Монголию и провозгласил Золотую Орду самостоятельным государством. Для Руси это было большим благом, так как она, Орда, сделалась для нее надежным щитом против воинственных восточных племен.

И еще одну милость явил хан, освободив русских воинов от участия в монгольских завоевательных походах.

Это была последняя, четвертая по счету, поездка благоверного князя в Золотую Орду. На обратном пути, в Городце на Волге, он сильно занемог, силы оставили его. Почувствовав приближение кончины, князь призвал своих спутников и обратился к ним с прощальным словом, завещав свято хранить любимую Отчизну. А потом игумен монастыря постриг его в Ангельский чин с новым именем — Алексий. Исповедавшись и причастившись Святых Христовых Таин, Александр тихо отошел ко Господу.

Это произошло 14 ноября 1263 года.

То дело, которое завещал ему Господь Бог, Александр с честью выполнил: Русь была спасена.

В это время митрополит Кирилл, совершая во Владимире Божественную Литургию, увидел, как Светоносные Ангелы возносят к Престолу Божию честную душу благоверного князя. Святитель пришел в священный ужас и долгое время оставался безмолвным. Затем он вышел на амвон и сказал дрожащим от волнения голосом:

-Чада мои возлюбленные, знайте, что уже зашло Солнце Земли Русской.

Храм огласился громкими рыданиями и воплями, которые долго не смолкали.

Жители Владимира — богатые и бедные, мужчины и женщины, вдовы и сироты, отроки и отроковицы — вместе с митрополитом Кириллом отправились в Боголюбово, чтобы встретить гроб с телом почившего. Когда показалась погребальная процессия, люди упали на колени, воздух огласился громким плачем и рыданием. По свидетельству одного современника, «от стонов и криков потряслась земля».

Другой современник так описывает свою печаль: «Горе мне, горе! Какими словами выражу я жгучую скорбь?  Как зеницы не выпадут из моих глаз вместе со слезами? Как сердце не разорвется от горькой печали? Отца своего я могу забыть и мать свою могу  забыть. А великого господина своего не могу забыть! Если бы было возможно, то лег бы вместе с ним в гроб!»

Чин отпевания усопшего совершил во Владимирском Успенском кафедральном соборе митрополит Кирилл с большим сонмом духовенства. Во время этого богослужения Господь послал страждущей пастве великое утешение. Когда эконом Севастиан хотел разжать руку князя, чтобы владыка вложил в нее «прощальную грамоту» (разрешительную молитву), то благоверный князь, как живой, протянул руку, взял свиток и затем снова сложил крестообразно свои руки на груди.

Благоговейный ужас объял весь народ, долгое время в храме стояла чуткая тишина, был слышен только треск многих свечей.

Так Господь прославил Своего дивного угодника.

VII

Скорым и сильным помощником любимому Отечеству остался благоверный князь и после праведной кончины. Через сто двадцать лет состоялась историческая Куликовская битва, положившая конец многовековому татарскому игу. Накануне этого сражения произошло явное чудо.

Перед гробницей князя Александра, находившейся в обители Пресвятой Троицы во Владимире, в ночной тишине молился один богобоязненный инок. Он просил князя прийти на помощь русскому воинству, которое приготовилось к решающему сражению с полчищами хана Мамая. Вдруг он увидел, как перед гробницей сами собой зажглись свечи сразу на нескольких подсвечниках; из алтаря вышли два благолепных старца; приблизившись к гробнице, они сказали:

-Встань, брат Александр, поспеши на помощь сроднику своему — благоверному князю Димитрию Иоанновичу.

Александр тотчас встал и сделался невидим. Вместе с ним исчезли и старцы.

В этот час на Куликовом поле была одержана решительная победа.

-Святой князь Александр еще не раз приходил на помощь русским воинам, — сказал Илья Николаевич. — Мои ученики это прекрасно знают. Саша, продолжи, пожалуйста, мою мысль.

-Когда царь Иоанн Васильевич отправился покорять Казанское ханство, то он прежде всего явился во Владимир и, преклонив колени, помолился святому Александру, — сказал юноша. — И тот в этом походе был его верным помощником.

Немного позже разорительный поход на Русь предпринял крымский хан Девлет Гирей. Старец Антоний, подвизавшийся во Владимирском Рождественском монастыре, со слезами на глазах молился перед иконой Божией Матери об избавлении от страшного бедствия. Вдруг — то ли наяву, то ли в каком-то чудном видении — он узрел, как два юноши в светлых одеждах на белых конях приближаются к обители. Это были благоверные князья Борис и Глеб. Сойдя с коней, они вошли в церковь; Антоний последовал за ними. Сами собой на всех подсвечниках зажглись свечи, и раскрылись царские врата. Подойдя к раке князя Александра, святые Борис и Глеб обратились к нему с такими словами:

-Встань, дорогой наш брат, поспешим на помощь русскому воинству.

Александр тотчас встал и вместе с Борисом и Глебом вышел из храма. Они сели на белых коней, которые быстрее ветра умчали их вдаль. К ним присоединились другие русские князья, а также Петр, царевич ордынский.

Хан Девлет Гирей, потерпев страшное поражение при Молодях, с позором бежал из русских владений.

-Я расскажу еще об одном чуде, — вступила в разговор Елена Киселева. — Это случилось в 1491 году. В храме Рождества Божией Матери, где покоились мощи святого Александра, закончилась Божественная Литургия. Христиане вышли на улицу. Вдруг они увидели, как над храмом «словно облако легкое протянулось» и «в тонкости и светлости облака того» блаженный князь Александр «на быстром коне» поднялся в небесную лазурь.

-Что бы это значило? — воскликнул, перекрестившись, мужчина с густой окладистой бородой.

-Не иначе, как святой Александр подает нам какой-то знак, — предположила женщина средних лет в кумачовом платке и нарядной кофте.

-Может быть, радость нам какая будет? — улыбнулась  молодайка с длинной русой косой. — Богатый урожай или еще что.

-А может, горе горькое, — задумчиво произнес сухонький старичок с кустистыми пшеничными бровями.

-Трудно сказать, что это такое, — заключил мужчина с окладистой бородой.

Не прошло и двух часов, как в городе начался пожар. С каждой секундой он набирал силу. Вскоре весь город был охвачен беспощадным огнем. Затрезвонили колокола, жители спасались кто где мог. Сгорел почти весь город, в том числе и Рождественский храм; мощи святого Александра серьезно пострадали.

VIII

-30 августа 1721 года закончилась продолжительная и изнурительная война со шведами; был заключен Ништадский мир, — продолжил рассказ о. Лев. — В честь этого события император Петр I издал указ о перенесении мощей святого Александра Невского из Владимира в Санкт-Петербург.

Около пяти веков украшала город Владимир великая святыня. И вот настал час прощания с нею. Десятого августа 1723 года во всех храмах города было совершено всенощное бдение, а утром — Божественная Литургия. Рождественский монастырь заполнили  многочисленные почитатели благоверного князя. Здесь состоялся молебен, после чего рака с мощами святого Александра отправилась в путь.

Ковчег с балдахином для мощей с «носилом» («шириной семь аршин, длиной одиннадцать аршин, высотой более пяти аршин») был доставлен во Владимир из Москвы. Его несли сто пятьдесят человек, иногда и больше.

Очевидец этого события сообщает:

«И вынесли из града святые мощи с крестами и со звоном и с провожанием духовных персон и светских всяких чинов жителей, и со множеством народа, несли святые мощи за город… в монастырях и при соборных и приходских церквах был звон до нощи… день был красной…»

Семнадцатого августа святыню встретила Москва. Дальнейший путь проходил через Тверь, Торжок и Вышний Волочёк. Девятого сентября, переправившись через озеро Ильмень, мощи прибыли в Новгород. В Шлиссельбурге святыню встретили бригадир Шувалов и полковник Бухольц.

Крестный ход с мощами благоверного князя был общерусским духовным торжеством. В тех городах и селах, через которые он проходил, совершались богослужения и молебны, христиане с благоговением прикладывались ко святыне.

В Санкт-Петербург мощи прибыли только через год. Встреча отличалась особенной торжественностью и пышностью. Император со свитой прибыл на галере к устью реки Ижоры. Святыню внесли на судно. Государь приказал своим вельможам сесть за весла, а сам встал на корме у руля.

Невский флот в полном составе (был выведен даже ботик Петра I) двинулся вверх по Неве навстречу великой святыни.

 Вблизи реки Монастырки была построена удобная пристань, куда и причалила галера. Государь и сановники внесли мощи в новую церковь, которую «святили в тот же день».

Не переставая, звучал колокольный звон; его перекрывала пушечная пальба. Народ ликовал. Христиане дарили друг другу цветы и христосовались как во время Святой Пасхи.

IX

-Та рака, в которой святые мощи прибыли в северную столицу, была, конечно, временной, — сказал Илья Николаевич. — Батюшка, вы не будете возражать, если я расскажу о другой, серебряной раке?

-Наоборот, обеими руками «за», — согласился о. Лев.

Илья Николаевич продолжал:

-Императрица Елизавета Петровна распорядилась изготовить новую, роскошную раку для великой святыни. Серебро для нее было добыто на сибирских Колыванских рудниках — «в дар святому на соблюдение святых его мощей». Саркофаг изготовили к 30 августа 1750 года — дню празднования перенесения мощей благоверного князя. Несколько лет ушло на его украшение.

По единодушному мнению специалистов, серебряная рака явилась выдающимся произведением ювелирного искусства. Если внимательно присмотреться, то на ней можно обнаружить несколько надписей. Скажите, — обратился Илья Николаевич к своим подопечным, — кто сочинил эти надписи?

-Сумароков, — сказала Вера Сорокина, маленькая, тонкая девушка в светло-оранжевом платочке.

-Нет. — Илья Николаевич покачал головой.

-Тредиаковский, — подала голос Лена Киселева.

Классный руководитель снова покачал головой.

-Фонвизин, — предположила Оля Алексеева, девушка с большими выразительными глазами на свежем румяном лице.

-Он в то время был слишком маленьким и не смог, конечно, это сделать, — пояснил Илья Николаевич.

-Наверно, Ломоносов, — сказал Саша Новиков. — Он был верующим человеком, да еще и поэтом, поэтому на него мог пасть выбор.

-Ты попал в самую точку. Эти надписи сделал именно Михаил Васильевич Ломоносов. Приведу на память одну из его надписей:

Святый и храбрый князь здесь телом почивает,

Но духом от небес на град сей призирает

И на брега, где он противных побеждал

И где невидимо Петру споспешствовал.

Являя дщерь его усердие святое,

Сему защитнику воздвигла раку в честь

От первого сребра, что недро ей земное

Открыло, как на трон благоволила сесть.

В Троицкий собор, в котором мы сейчас находимся, мощи святого Александра были перенесены в конце восемнадцатого века. Здесь они покоились до 1922 года. А потом большевики надругались над ними: они вскрыли гробницу, изъяли мощи и передали их в Казанский собор, который, как вы знаете, был превращен в музей истории религии и атеизма.

-А серебряная рака? — спросила Вера Сорокина.

-Она тоже переехала в другое место — в Государственный Эрмитаж. Я до сих пор удивляюсь, как это большевики пощадили ее, — ведь они запросто могли за бесценок продать ее американцам или англичанам или же переплавить, мол, серебро нужно на нужды революции.

Мощи благоверного князя вернулись в Александро-Невскую Лавру в 1989 году. Это произошло благодаря хлопотам митрополита Ленинградского и Новгородского Алексия, который позднее стал Патриархом. А вот рака так и осталась в музее. Как вы думаете, батюшка, вернется ли она когда-нибудь в Лавру, на свое прежнее место?

-Для благоверного князя Александра нет ничего невозможного, — ответил о. Лев. — Все знают, в том числе и работники Эрмитажа, что шедевр ювелирного искусства русские люди создали не для музея, а для любимого святого.

X

-У меня встречный вопрос ко всей группе, — сказал о. Лев. — Есть ли какое-либо широко известное произведение искусства о благоверном князе?

-Есть, — откликнулся Саша Новиков.

-Какое?

-Фильм «Александр Невский».

-Кто его создал?

-Режиссер Сергей Эйзенштейн.

-Когда?

-В 1938 году.

-Правильно. Поднимите руки — кто смотрел этот фильм?

Руки подняли абсолютно все ученики.

-Я так и думал. Это такая лента, которую нельзя не смотреть.  Кто исполнял в ней главную роль?

-Актер Ленинградского театра драмы Николай Черкасов, — сказала Елена Киселева.

-Как ты оцениваешь его работу?

-На отлично! Он создал такой образ, что… По-моему, лучше не бывает. Он и патриот, и мудрый стратег… Один его вид вдохновлял русских воинов… Он сам бился в первых рядах…

-Полностью согласен. Могучий образ, ничего не скажешь… Ну а теперь, друзья мои, наступил самый важный этап нашей встречи: мы поклонимся святым и цельбоносным мощам Александра Невского.

Первым к святыне благоговейно приложился Илья Николаевич, за ним, один за другим, его ученики. Я последовал их примеру.

-Александр Невский жил в то время, когда решалась судьба Руси — быть ей или не быть? — сказал о. Лев, когда школьники снова окружили его тесным кольцом. — Сейчас Россия переживает не менее сложное время: нам угрожают как внешние враги (войска НАТО приблизились к нашим границам уже вплотную), так и внутренние. А на два фронта воевать очень трудно. Как вы думаете, выстоит матушка-Россия или нет?

-Выстоит! — хором ответили школьники.

-А на чем зиждется ваша уверенность?

-На Александре Невском! — звонко отчеканил Саша Новиков. — Он находится сейчас у Престола Божия, а значит, он не просто воин, а воин Небесный. Он спас Русскую Землю в тринадцатом веке, спасет ее и в наши дни.

XI

Я прожил в Александро-Невской Лавре почти две недели. Каждый день я приходил в Троицкий собор и, приклонив колена, молился святому Александру. Я молился только об одном — о спасении России. О том, чтобы благоверный князь умолил Господа Бога помиловать русский народ, который вот уже сто лет несет бремя неимоверно тяжких бед и страданий.

В день моего отъезда стояла пасмурная прохладная погода; моросил мелкий нудный дождь; по хмурому небу, словно стая перепуганных птиц, неслись рваные облака.

 Выйдя из Александро-Невской Лавры, я снова увидел красивую, собранную в один могучий мускул фигуру благоверного князя. Он по-прежнему был готов к битве с любым супостатом и потому крепко держал в сильной руке длинное острое копье; булатный, остро отточенный меч покоился в надежных ножнах; но в любую секунду его хозяин быстрым привычным движением мог извлечь его и сокрушить незваного ворога. «Кто с мечом к нам войдет, от меча и погибнет!» — как бы говорил отважный князь, и весь его собранный, решительный вид никак не позволял сомневаться в этих словах.

Превосходящие силы врага нисколько не пугали князя, и он, ни секунды не медля, выходил ему навстречу, уверенный в своей победе, ибо, как и раньше, твердо знал, что НЕ В СИЛЕ БОГ, А В ПРАВДЕ.

ПлохоПриемлемоСреднеХорошоОтлично (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

В комментариях не допускается хула на Церковь, пропаганда ересей и сект, оскорбления авторов и участников дискуссии.

XHTML: Вы можете использовать эту разметку: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

 Подпишись на RSS

Рассылка новостей. Введите адрес электронной почты:

Дорогие отцы, братья и сестры!

Просим ваших святых молитв за новопреставленного р.Б. Леонида.

Наш информационный партнёр:

МолитвослоВ.BY

Поддержите наш сайт:

WebMoney: R373636325914; Z379972913818; B958174963924