Архив рубрики ‘Кусочки истории’

В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23 километрах от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей гарнизона крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток…

Заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток — транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию. Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях — сплошные болота.

Осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 192 дня. Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» — осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре. Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты — залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей. Читать далее »

В последнее время в церковной и околоцерковной среде все чаще и громче звучат речи о том, что католическое духовенство собирается перенести из Ватикана в Беларусь так называемые «святые мощи» Иосафата Кунцевича. Этим самым сознательно делается попытка взорвать конфессиональный мир в республике, поскольку этот персонаж остался в народной памяти лютым ненавистником православия и ярым сторонником насильственного насаждения унии, за что и получил от современников прозвище «папежника» и «душехвата». За несколько лет пребывания его на кафедре Полоцкого архиепископа (1618 – 1623 гг.) издевательства и преследования православных усилились. Незадолго до своей «мученической» кончины, Кунцевич сделал распоряжение выкапывать тела умерших православных и бросать их собакам. Но самым убедительным для характеристики Кунцевича можно считать письмо, написанное 12 марта 1622 года, за полтора года до его кончины, литовским канцлером, то есть видным католиком, Львом Сапегой, представителем самого короля польского: Читать далее »

На общем фоне русской истории ХХ столетия митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев), несомненно, является одной из наиболее ярких фигур. При этом его значение определяется не политическим влиянием или широкой популярностью. Хотя и то, и другое имело место, Владыка Иоанн не ценил мирскую славу, известности не искал и в тонкие политические материи углубляться не любил.

Уникальность его пастырской судьбы в ином. Человек скромный и непритязательный, в условиях тяжелейшего кризиса российской государственности и духовной деградации русского общества он стал тем золотым звеном, которое соединило современную Россию с ее многовековой исторической и религиозной традицией. Доказав, таким образом, жизнеспособность и перспективность «русской идеи» перед лицом либерально-демократического засилья и богоборческих прожектов «нового мирового порядка». Читать далее »

Диакон Владимир Василик о приснопамятном протоиерее Василии Ермакове…

Отец Василий Ермаков

Отец Василий Ермаков родился в г.Болхове Орловской области, в нем как раз истинно проявилась широта южного русского характера, крепость русского духа. Он пережил войну, оккупацию, был угнан в лагерь. Под конец войны служил в Советской армии, был очевидцем тех страшных лет, с одной стороны — репрессий, с другой стороны — опустошительной войны. Эти страшные испытания не сломали его, а духовно закалили. Он говорил о том, что война открыла для него путь к Богу.

Во время оккупации, когда открылись церкви, он получил возможность славить Бога. И, несмотря на страх, на боязнь он шел в церковь, молился, прислуживал. Позднее он разделил крестный путь многих русских людей, которые были угнаны из своих родных мест немцами. Спас его отец Михаил Ридигер. С тех пор и пошла его дружба с отцом Михаилом и его сыном Алексеем Ридигером, будущим Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием II.

После войны он поступает в семинарию. Несмотря на трудности, на проблемы, связанные с тем, что он был на оккупированной территории, поступить ему удалось. Читать далее »